— Я — надеюсь, — загадочно проговорил Ротерхэм и открыл дверь.

Поднимаясь по лестнице, они услышали звуки музыки. Фанни сидела возле распахнутого окна, глядя на сгущающиеся сумерки, а Серена играла на пианино в глубине гостиной. Завидев входящих мужчин, она прекратила игру, но майор подошел к ней и попросил:

— О, не вставай! Ты играла сонату Гайдна, которую я попросил выучить для меня.

— Пытаюсь играть! Ее еще рано демонстрировать слушателям.

— Попытайся еще разок. Я тебе буду переворачивать ноты.

Она подчинилась. Ротерхэм подошел к окну и сел рядом с Фанни. В течение нескольких минут он следил за парой в другом конце гостиной, но лицо его оставалось непроницаемым. Потом повернул голову, взглянул на соседку и заговорил пониженным голосом:

— Я понимаю, что этот брак одобрен вами, леди Спенборо.

— Да, я уверена, майор Киркби сделает Серену счастливой.

— Правда?

— Не может быть иначе. Он такой добрый и… так преданно любит ее.

— Он сообщил мне.

— Это действительно так. Гектор преклоняется перед ней и, думаю, сделает все, чтобы угодить молодой жене.

— Великолепно! А майор с ней не ссорится?

— Нет, нет! У него превосходный характер, и он такой терпеливый. Я чувствую, что его мягкость и терпимость лишают ее возможности ссориться с ним. — Она заметила улыбку на его губах и спросила: — Вам он не нравится, лорд Ротерхэм?

Тот пожал плечами.

— Я не увидел в нем ничего плохого.

— Я так рада, что вы дали свое согласие.

— Отказ ни к чему не привел бы.

Фанни встревоженно посмотрела на него и нервно произнесла:

— Боюсь, вы не совсем довольны. Он ей не ровня по положению и состоянию, но достоин ее, уверяю вас.

Он прервал ее в своей бесцеремонной манере:

— Напротив! Я более удовлетворен, чем ожидал. Если бы я знал… — Он замолчал. Фанни заметила, что улыбка полностью исчезла с его лица, а брови снова нахмурились. Так он просидел несколько минут.

Ей показалось, что его лицо помрачнело у нее на глазах. Словно ощутив ее взгляд, Ротерхэм вышел из своего забытья и повернулся, чтобы встретиться с вопрошающими глазами Фанни.

— Таким людям, как вы и майор Киркби, можно позавидовать, — сказал он. — Вы совершаете ошибки, но не по вине своего дурного характера. Я должен идти. Не вставайте!

Она очень удивилась и только спросила:

— Вы останетесь на чай?

— Благодарю, нет! Сегодня будет чудесная ночь. Еще не стемнело, а на небе полная луна. — Он пожал ей руку и прошел проститься с Сереной и майором.

— Так скоро! — воскликнула Серена, быстро поднявшись со своего стула. — Боже, надеюсь, я не отпугнула вас своим жалким музицированием?

— Я и не слушал. Сегодня я ночую в Мальборо или Ньюбери и не могу оставаться.

— Вы не пожелали мне счастья.

Наступила пауза, пока они смотрели друг другу в глаза.

— Разве? Я желаю вам счастья, Серена. — Пожатие его руки было немного болезненным. Он выпустил ее руку и повернулся к майору — Я также желаю удачи и вам. Думаю, что вы будете счастливы.

Короткое прощание, и он ушел. Серена закрыла крышку пианино. Майор с минуту смотрел, как она собирает ноты.

— Больше не будешь? — ласково спросил он.

Серена отнесла ноты в кабинет и ответила:

— Не сегодня. Я должна еще попрактиковаться, прежде чем снова сыграть тебе. — Она повернулась и положила свою руку на его, доведя жениха до середины комнаты.