Синворет кивнул.

— Может, это психология стада, однако ты должен согласиться, что отдельные личности настроены миролюбиво. Ни во дворце, ни в Городе неприятностей нет. Тоулер, как мы знаем, даже слишком спокоен.

— Вы относитесь к ним, как к жертвам, а я думаю о них, как о существах потенциально злобных. Тоулер, например, лишь кажется спокойным.

— Возможно, как и оса.

— Тот, с кем вы разговаривали на улице сразу по приезде, выглядел настроенным миролюбиво.

— Я думал об этом разговоре, несколько раз повторял его себе. Он какой-то ненастоящий. Странно уже то, что это существо появилось так неожиданно. Если — а я считаю, что это большое «если» — Пар-Хаворлем настоящий диктатор, это существо могло быть агентом его тайной полиции.

— Маловероятно. Нет никаких доказательств существования тайной полиции. Как вам известно, наш секретарь проверил и не нашел обычных для этого случая фактов.

— Возможно. И все-таки вероятность этого существует. Нам нужно больше данных, Ройфуллери. Я хочу, чтобы ты пошел со мной и присутствовал при разговоре с другими двуногими. Я хочу, чтобы ты сам понаблюдал и проверил. Посмотрим, не покачнется ли твоя вера в Губернатора.

— Сейчас, господин? Уже поздно.

— Надеюсь, ты не устал, Гэзер?

Нул из ДПК встал, и они с Синворетом надели скафандры. Они забрали по пути Роггбола, охрану и вышли все вместе через боковые ворота, как и в прошлый раз. Партассианцы возвращались в свои дома с работы или из магазинов или посещали кафе. Земляне тоже расходились по домам, причем бросалось в глаза отсутствие веселья. Впрочем, нулы и не знали, что такое веселье.

В это время дня улицы Города были, пожалуй, переполнены.

Идя за несколькими землянами, живущими в Городе, трое нулов оказались в туземном районе. Здесь не было ни одного представителя их вида. В этих узких улочках с маленькими магазинами и словно скорчившимися жилыми зданиями со шрамами воздушных шлюзов, все трое почувствовали себя туристами. Вот она — местная экзотика! Здесь живут существа, которые дышат разреженным кислородом — странным газом со слишком большой химической активностью, словно он реагировал так же эмоционально, как и создания, от него зависящие. Трудно было воспринимать двуногих иначе, чем зрелище, существующее для развлечения сынов Партассы! Впрочем, разве могла быть иная цель у всей Вселенной? Разве Троица не сотворила нулов по своему образу и подобию?

Подписывающий тоскливо вздохнул, вспомнив молодые годы на Старье.

Большинство землян далеко обходили чужаков, и лишь один прошел мимо и при этом поклонился.

— Послушай, ты знаешь партассианский? — спросил Синворет.

— Разумеется, — ответил человек. — Я Второй Смазчик на Складах Внешней Торговли. Эта должность требует знания вашего языка.

— В таком случае мы можем с тобой поговорить?

— Я к вашим услугам.

Подписывающий и нул из ДПК переглянулись — вот еще один землянин, любящий мир.

— Мы путешественники с Партассы и можем провести на вашей планете всего несколько дней, — объяснил Синворет. — Нам нужна информация из первых рук о жизни здесь. Можем мы где-нибудь поговорить?

Землянин заколебался.

— Я живу недалеко, — сказал он. — У меня всего одна небольшая комната, но в ней поместятся двое или трое из вас. Раз уж на вас скафандры, можно пойти туда.

Они согласились и двинулись за ним следом.