— Крамптон? — спросил он.

Я покачала головой и пожала плечами.

Тим подошел к столу, куда медсестра поставила его подарок-тотем, но фигурки там уже не было, и он вопросительно посмотрел на меня.

Я вдруг поняла, что миссис Ариес не спит и наблюдает за нами. И, похоже, она поняла, что именно нужно Тиму.

— Я сказала Крамптон его убрать, — произнесла она не очень внятным от лекарств голосом. — У меня от него мурашки по коже.

Она отвернулась и, казалось, снова провалилась в сон. Тим стоял и смотрел на нее, и я чувствовала в нем тяжелую скорбь. Казалось, весь его гнев растаял, и на его месте возникли жалость и великодушие, которых она не заслуживала.

Я встала на ноги.

— Давайте попробуем перевернуть ее на другой бок, — я подкрепила свои слова жестами. Тим сразу пришел мне на помощь, и мы перекатили миссис Ариес на правую сторону, чтобы она могла при желании наблюдать за дверью. Она что-то проворчала, но, похоже, в новом положении ей было удобно.

Дядя Тим посмотрел на меня.

— А где все?

Объяснить ему я не могла, и поэтому только сказала:

— Не здесь. — И потом спросила у него, где Элис.

Тим прочитал по губам.

— Она осталась с Кирком. Он хотел что-то показать ей у себя дома.

Мое беспокойство усилилось. Возможно, Кирк решил рассказать Элис, кто он такой. Вдруг ей понравится мысль, что он ее отец? Но я не смела думать о такой возможности.

Похоже, сейчас Тим понимал мои чувства лучше всех. Видимо, кто-то объяснил ему мое положение — Кирк, скорее всего.

— Дженни, вы устали и переволновались. Идите наверх и отдохните. Я побуду с ней, пока кто-нибудь не придет.

Я слишком устала, чтобы спорить, и вообще уже начала становиться фаталисткой. Все будет как будет, и не важно, что я в итоге сделаю или скажу.

Я поблагодарила Тима понятным ему жестом амеслана, и стала подниматься наверх. На втором этаже тоже было темно, я наощупь добралась до своей спальни и толкнула внутрь приоткрытую дверь. В комнате было темно, если не считать лунного света, проникавшего с балкона — ночь была ясной. Я отчетливо помнила, что закрывала ту дверь, когда уходила, но сейчас она была открыта. Я застыла, прислушиваясь. Я почти боялась, что из старого телефона снова раздастся тот жуткий свист. Но все было тихо — по крайней мере, на слух.

Едва я вошла в комнату, как меня сразу окутал тяжелый фиалковый аромат. И даже ветерок с улицы его не развеял. Должно быть, у меня в гостях Крамптон. Я включила свет и огляделась, но никого не увидела.

Я вынула из сумочки перо черного ворона и снова подумала о способностях Литы — ею владеют силы добра или зла? Возможно, наступает время, когда перо должно охранять меня от чьих-то дьявольских сил.

С пером в руке я вышла на чистый прохладный воздух, пахнущий обновленным миром. Ветры почти очистили небо от облаков, и на моих глазах как раз поднималась луна — большая, круглая, тыквенно-желтая. Мне показалось, что в такой момент нужно совершить какой-нибудь ритуал: я подняла руку вверх и закрыла пером лунный диск. Оно целиком заслонило луну собой, остались только редкие желтые лучики, просвечивающие сквозь тонкие перышки. Я криво усмехнулась над собственными пассами перед лунной богиней. Надо поскорее взять себя в руки!

Возвращаясь в комнату, я случайно поддала что-то ногой, и предмет покатился по полу. Я нагнулась и подняла маленькую деревяшку. Тотем Тима, который тот искал в комнате миссис Ариес. Я ощущала под пальцами резные лица. Значит, Крамптон точно приходила в мою комнату и принесла сюда тотем — а потом почему-то вышла с ним на балкон, где и уронила. Очень странно.

Я внимательно посмотрела вокруг. Под моим балкончиком находился фасад парадной гостиной и его выступающие эркеры. С одной стороны мне был виден козырек над входной дверью и ступеньки крыльца.