— Значит, по-вашему, это апартаменты? — язвительно переспросила принцесса. — Да Их величества даже не переступили через порог этого убогого жилища, так что хватит врать!

— По какому праву… — начал хозяин, наступая на неё, поддерживаемый с флангов кухаркой и дородной служанкой.

— По праву принцессы! — рявкнула девушка. — Извольте с эти считаться!

— Какая ещё принцесса? Я не знаю никаких принцесс.

— А графа Суррара Миларта Вы знаете? — парировала она. — Я с удовольствием напишу своему другу о том безобразии, что здесь творится.

— Если Вам нужен скандал, обращайтесь к губернатору, — сухо заметил грандвандец, отступив на шаг.

Стелла презрительно усмехнулась и протянула ему бумагу, вручённую Сурраром в тот памятный вечер в Броуди. Этот гербовый лист с печатью обладал поистине магическим действием, во всяком случае, тон хозяина гостиницы кардинально изменился.

— Тут неподалёку есть дом, где Вас с радостью примут.

— А мои деньги? Или Вы думаете, что я Вам их подарю?

— Они пойдут в счёт уплаты за постой.

— Ну и порядки в этом городишке! Так и быть, оставьте их себе, только убирайтесь с глаз моих долой. А лошадей, поди, и не чистили!

Хозяин промолчал.

— Как бы избавиться от этой девчонки? — вертелось у него в голове. — Она меня по миру пустит… Эта бумага грозит мне крупными неприятностями, просто выставить её нельзя, придётся Гариэте с ней повозиться.

Ещё до наступления темноты Стеллу «выпроводили» из гостиницы под конвоем хозяина, который, принеся все необходимые извинения, устроил её на ночлег в частном доме. Хозяйничала в нем Гариэта — женщина без определённого возраста и занятий, по совместительству — сестра содержателя гостиницы. По лицу брата она тут же смекнула, что с постоялицей нужно быть вежливой и предупредительной.

На следующее утро принцесса вымыла волосы специальной жидкостью, купленной в Броуди, и теперь, сидя на кровати, сушила их полотенцем. Волосы стали мягкими и пушистыми, такими, как она хотела.

Окно комнаты выходило на улицу, на противоположной стороне которой была лавка молочника. У неё всегда толпились люди, так что материала для наблюдения у девушки было достаточно. Вот и сейчас принцесса временами бросала короткие взгляды на узкую полоску улицы, видную с выбранной ей позиции. Через полчаса завтрак, во всяком случае, так обещала вчера Гариэта.

Стук в дверь. Стелла нехотя сползла с кровати.

— Кто там? — прислонив ухо к замочной скважине, спросила она.

— Это я, сеньора. — Гариэта. Что-то рановато. — Завтрак уже на столе.

Неужели у неё так плохо с чувством времени? Нужно поторопиться.

После завтрака принцессе было абсолютно нечего делать. Она решила выгулять Шарара, а заодно прогуляться по городу. Спрятав подальше свои нарядные башмачки (кому они нужны посреди этой грязи?), девушка начистила видавшие виды походные сапоги и спустилась вниз.

В погожий день даже улицы Дангра выглядели празднично. Лужи подсохли, на окнах играли солнечные зайчики. Навстречу ей шагали женщины в забавных чепцах; весело крича, проносились дети. Ослики, мулы, собаки, лавки, повороты, раскланивающиеся соседки… Она наугад свернула и зашагала вдоль длинного безликого фасада. На мостовой появились признаки камня — значит, Стелла шла к центру. Что ж, полюбуемся общественной жизнью Дангра.

— Здравствуйте, сеньора. Не правда ли, замечательный день? — С ней поздоровался господин в аккуратном коричневом сюртуке с явными признаками материального благополучия в виде гусиного брюшка.