— Добрый вечер, сеньора, — приветствовал ее Леональ. Милый, весёлый парень.

— Добрый вечер, Леональ. Найдётся для меня стакан молока?

— Для Вас — всё, что угодно!

Стелла расплылась в улыбке. Он старался быть с ней любезным, даже слишком любезным. Вот и сейчас — стоило ли со всех ног бежать за молоком?

Они сидели на кухне: принцесса пила молоко со сдобной булочкой, а Леональ смотрел на неё.

— Я слышал, Вы уезжаете…

— Да, завтра. В Дангре мне делать нечего.

— А куда Вы едете?

— Не знаю, ещё не решила. Может, заеду посмотреть на пустыню Одок — это ведь главная местная достопримечательность?

— Возьмите меня с собой! — Леональ с замиранием сердца посмотрел на неё.

— Не могу. Ваша мать Вас не отпустит.

— А что мне мать? Если я захочу, то поеду.

Принцесса отодвинула кружку и посмотрела на него. Он на год-два младше, нее, оружие никогда в руках не держал — стоит ли втягивать его в эту авантюру?

— Возьмите! — настаивал Леональ. — Вы не пожалеете! Я буду Вашим проводником, я честно знаю все окрестные места. Ну, пожалуйста!

— Может быть, может быть, — пробормотала девушка. — Если Ваша мать согласиться…

— Поверьте, я уговорю её!

— Ну, не знаю…

Он так просил её, так предано смотрел ей в глаза, что Стелла вынуждена была отступить. Мальчику надоела опека матери, он молод, ему хочется приключений — что ж, его можно понять.

И Леональ уехал с ней, несмотря на бурные увещевания матери и предостережения дяди, которого та привлекла в ряды своих союзников.

Юноша не обманул: он действительно хорошо знал местность и без труда выбрал нужную дорогу, которая привела их к землям в пойме Самсы. Деревень стало больше, то здесь, то там мелькали придорожные кабачки.

Где-то между Самсой и Венеслой (принцесса в последний момент решила взглянуть на пустыню Одок и ненадолго свернула на север) они стали свидетелями необычного зрелища. В чистой прохладе майского неба парили девушки; их белоснежные одежды были настолько чисты, что слепили глаза.

— Это амиарнеры — девы весны, — шёпотом объяснил Леональ, боясь спугнуть прекрасные видения.

Его слова напомнили ей о Лиэне, о празднике весны Беарис — её впервые не было на нём.

Мечтательный взгляд девушки скользнул по дороге, скользил сквозь прозрачные тела весенних духов. Внезапно она напряглась: с мирной картиной сельского пейзажа пронзительно не вязалась группа всадников. Скорость передвижения и отблески солнца на боках красноречиво свидетельствовали об их намерениях. Пятеро всадников во главе с женщиной на огненно-рыжей лошади.

Всё произошло быстрее, чем они ожидали; принцип: «предупреждён — значит, вооружён» не сработал. Всадники разогнали амиарнер и на полном скаку обрушились на путников. Силы были не равными: девушка и неопытный юноша против пятерых сильных мужчин. Но жизнь — слишком драгоценная штука, чтобы расставаться с ней без борьбы.

Стелла вовремя успела отклониться от удара, а Леональ не был столь удачлив: алая струйка стекала по рукаву. Бедный мальчик! И зачем она уступила его уговорам?

Лошади понесли. Не по дороге, по полю. Колючие сорняки, выросшие между посевов быстрее, чем сама пшеница, хлестали по ногам, цеплялись за шерсть животных.

Стелла отчаянно вцепилась в поводья, и, наконец, после нескольких минут бешеной скачки, ей удалось справиться с Лайнес.