Не сводя с нее взгляда, девушка усмехнулась: Вильэнара на расстоянии полета стрелы. Не повезло тебе, жертва умеет стрелять.

Принцесса обманчиво медленно вернулась к лошади, скользнула рукой по колчану… Раз — и оперение стрелы зажато между пальцами, лук вздернут к груди.

Вильэнара запаниковала, спряталась за спинами слуг. Стрела вонзилась в одного из них. Не дожидаясь реакции остальных, Стелла взлетела в седло Ферсидара: хочешь поиграть в прядки — поиграем. Она заходила с тылу, пользуясь тем, что лошади ее противников уступали по скорости победителю елизских скачек.

Почувствовав свою уязвимость, колдунья предательски растворилась в весеннем воздухе. Девушка с досадой натянула поводья. Что-то просвистело возле уха, она инстинктивно дёрнулась в сторону. Вовремя — ещё немного, и её жизненный путь был бы окончен. Проявивший инициативу человек («Это тот, которого я ранила», — быстро идентифицировала его девушка), потянулся за вторым ножом, но метнуть не успел — Стелла оказалась проворнее.

Забрав свой кинжал, принцесса огляделась, ища глазами двоих потенциальных противников — один из них уже скакал к ней.

— Оставь её в покое, Джад! Ради кого ты так стараешься?

— Но ведь она убила Эрика!

— Так ему за то и платили, чтобы он каждый день ходил под смертью. Он выполнил свою работу, а ты ещё нет.

— Но, господин…

— Я сказал: оставь её в покое.

— Но сеньора сказала…

— А мне плевать на то, что она сказала. Твоя работа окончена. Припугнули — и хватит! — охладил его пыл человек в чёрном плаще.

— Как прикажите! — с досадой пробормотал Джад.

Не сводя глаз с них обоих, почти не моргая, Стелла позвала Лайнес: сейчас ей была нужна надёжная послушная лошадь.

Валар со снисходительной улыбкой наблюдал за её незамысловатыми действиями, но не пытался что-либо предпринять. Девушку бесило это спокойствие, эта насмешка, скользящая по уголкам его рта. Теперь, рассмотрев, она видела, что он не принадлежит ни к одному народу, населявшему Сиальдар и его бывшие провинции — другие черты лица, цвет кожи, да и манера говорить. Если приехал с Вильэнарой, значит, дакирец. Молодой — ровесник Марана, может, даже младше.

— Чему Вы ухмыляетесь? — крикнула принцесса.

Дакирец промолчал.

— Пытаетесь меня запугать? Не выйдет!

— Пугать я Вас не буду, вместо этого дам совет. — Валар подозвал Джада. — Вам не зачем ехать в Дакиру.

— А если я поеду?

— Значит, мы скоро встретимся.

— И где же? В Монамире? Боюсь, Вы меня недооцениваете. Я убью Вас здесь и сейчас.

— Прикусите язычок, пока сами не отправились к тому, кто Вас послал. Что Вы на меня так смотрите? Представьте себе, я знаю, зачем Вы так рветесь пересечь границу.

— А Вас, значит, послали мне помешать?

— Вам и мешать не нужно, с Вашим норовом Вы до Симонароки не доедете. Повздорите с кем-то на постоялом дворе — и все, окажитесь в своем загробном мире. Народ здесь простой — если что, легко берется за нож.

Это было последней каплей, переполнившей мелкий сосуд её терпения: меч взлетел из ножен, а Лайнес галопом неслась на Валара.

Джад оказался недостойным доверия господина и бросился наутёк. Стелла среагировала мгновенно: стрела наказала его за малодушие.

Принцесса торжествовала: недвижная изваяние дакирца было нарушено. Его вороной со звёздочкой на лбу попятился. Поджарый, тонконогий, он казался выше Ферсидара, но, по мнению девушки, во всём другом уступал ему.