Но волк-таки отыскал лазейку в огненном кольце и поспешил укрыться в соседнем овраге. Стелла без труда выследила его по кровавому следу и, будучи уже хозяйкой положения, довела дело до конца.

Отправившийся от страха Арик с интересом рассматривал мертвого волка, то и дело бросая восхищенные взгляды на стоявшую рядом принцессу. Ей это нравилось: Стелла любила, когда ею восхищались.

— Как Вы его ловко, а! — Арик с опаской потрогал клыки зверя. — Можно я потом сниму с него шкуру?

— Конечно, — пожала плечами девушка. — Мне она не нужна.

Глаза мальчишки засветились от радости.

— Моя мама варит чудесную похлёбку, не хотите попробовать? И каша у неё рассыпчатая. А ещё, — гордо добавил Арик, — у нас есть ягодное вино.

Принцесса рассмеялась: ей ещё никогда не предлагали попробовать похлёбки, каши и ягодного вина. Но она не отказалась пообедать вместе с ними: со времени завтрака прошло много времени, и желудок начинал медленно, но верно напоминать о себе.

Фермерский домик стоял неподалёку от луга; перед ним росло несколько чахлых яблонь. Когда они въехали во двор (открытую утоптанную площадку перед домом), мать Арика снимала с верёвок чистое бельё.

— Уже вернулся, пострелёнок? — не оборачиваясь, спросила она. — Дядю-то хотя бы дождался?

— Дождался.

— Тогда иди и помоги мне. Видишь, у матери рук не хватает!

— Я не один, мама, — осторожно заметил мальчик.

— И кого ты там опять привёл? Какого-нибудь… — Фермерша осеклась, увидев принцессу. — Здравствуйте, сеньора! Вы уж извините, что я так…

— Ничего, ничего! Я не хочу Вам мешать.

Угощение удалось на славу: мать Арика, догадавшись, что Стелла как-то связана с королевской свитой, старалась во всем угодить ей.

Арик ни на шаг не отходил от принцессы, за что получил от доброй фермерши не один подзатыльник. Наконец, не выдержав, мать отправила его обратно к овцам.

Слово за слово, обещания повернуть назад «сразу же за тем поворотом» — и Стелла вернулась в Восмур только на закате, голодная, как волк, но полная впечатлений. Несмотря на бурные и многословные протесты Марана, встретившего её во дворе и не отстававшего ни на шаг добрых десять минут, она стремительно прошла мимо столовой. На пороге кухни энтузиазм барона иссяк, и он, махнув рукой на стену упрямства, которую ему так и не удалось сломать, ушёл.

Как и утром, девушка поела на кухне, а после поднялась к себе. Мягкая постель — это как раз то, о чём мечтаешь после такой долгой прогулки.

Только она во весь рост растянулась на кровати, как в дверь постучали.

— Войдите! — крикнула принцесса. Она села и надела сапоги. Ни минуты покоя! Опять им от неё что-то надо!

В комнату вошёл Наваэль. Бросив на неё сердитый взгляд, он пододвинул стул и сел напротив неё. Выражение его лица не сулило ничего хорошего, как, в прочем, и это затянувшееся молчание. Стелла машинально отодвинулась подальше. Сейчас что-то будет!

— Вернулась, наконец! Хорошо погуляла?

Принцесса кивнула.

— Судя по твоим сапогам, была загородом. По уши в грязи — но довольная и счастливая. Одетая ничуть не лучше деревенской бабы. Ладно, если бы только это! Но, нет, тебе было мало! Ты даже не удосужилась переодеться и спуститься к ужину, а, как служанка, нет, даже прачка, наскоро поела на кухне из глиняной миски. Ела чуть ли не вместе с дворней! И тебе не стыдно?

— А чего мне стыдиться? — Она начинала понимать, что ей действительно есть чего стыдиться, но, вот беда, стыдно ей не было.

— Стелла, перестань! — прикрикнул на неё король.