Осматривая «свои владения», девушка обратила внимание на накрытую восточной шалью картину, висевшую над камином в гостиной. Встав на цыпочки, она заглянула под ткань.

— Как они могут прятать такую красоту! — удивлённо воскликнула девушка, вглядываясь на портрет женщины в тяжёлой позолоченной раме.

Несмотря на то, что лак успел потемнеть, а красочный слой покрыла сеть кракелюров, полотно все еще сохранило свою прелесть. С поясного портрета на Стеллу смотрела женщина с роскошными рыжими волосами, убранными под жемчужную сетку. На ней было светлое платье со скромным декольте и затейливыми прорезными, давно вышедшими из моды рукавами. Почти никаких украшений — только на линии втачивания рукава поблёскивали подвески — бриллианты на голубой атласной ленте. На полностью нивелированной корсетом груди (слава богам, сегодня уже не ломают рёбра!) тускло поблескивает медальон с неясной гербовой гравировкой.

Храм Миарона располагался в южной части города, Это был целый комплекс построек, сгруппированных вокруг круглого здания с колоннадой, к которой вели шесть ступеней. Стелла вошла в него в сопровождении дяди; свита почтительно осталась ждать их у входа.

Внутри пахло лавандой и миррой.

Вокруг небольшой белой стелы толпились люди: некоторые плакали, другие, встав на колени, молча целовали холодный камень.

— Это и есть Белый камень, — шепнул племяннице Наваэль. — Пойдём, поклонимся ему.

При виде короля люди почтительно расступились и торопливо вышли в боковые двери. Храм опустел.

Стелла подошла к стеле и прочитала выбитую на ней надпись: «В вихре времени не забывай своих предков, храни память о прошедшем и извлекай из него уроки». Мудрые слова.

Проникнувшись благоговейным чувством, принцесса поклонилась Белому камню. К ней тихо подошёл Наваэль. Встав на колени, он что-то шептал, почти прижавшись лбом к полированной холодной поверхности. Интересно, сколько поколений людей вот так молились, как он? И помог ли им этот камень?

— Может, мне отойти? — Бестактно подслушивать чужие откровения.

— Ты мне не мешаешь — мне нечего скрывать. Я прошу тебе счастливой дороги и долгих лет жизни. Встреча с Вильэнарой — не развлечение, а поездка в Дакиру — не прогулка, — грустно усмехнулся король.

— Одну такую прогулку я уже совершила. А откуда ты знаешь, что я еду к Вильэнаре?

— У всего есть уши, — поднявшись на ноги, ответил Наваэль. — Если ты ничего мне не рассказываешь, мне обо всём докладывают мои поданные. Вспомни, ведь ты была у Визара не одна.

— Терпеть не могу доносчиков! — прошипела девушка. Нахмурившись, она бросила взгляд на дядю — тот снова углубился в молитву, однако на колени больше не становился.

Стелла в задумчивости прошлась по храму, рассматривая скромный геометрический декор. Монохромные прямоугольники и треугольники — и, исключение из правил, мозаичные медальоны под потолком с изображением цветов. Девушка скользнула взглядом вниз по стене, к глубокой нише у одной из боковых дверей — там стоял ящик для пожертвований. Ей стало скучно.

Вошёл священнослужитель в длинном, подпоясанном кожаным поясом кафтане и поправил свечи в светильниках.

— Дядя? — Стелла осторожно дотронулась до рукава короля. — Дядя!

— Что? — Он вздрогнул, словно очнувшись от глубокого сна.

— Извини, что отвлекаю, но у меня вопрос… Почему вы все покланяетесь этому камню? Откуда он? Но если я тебя отвлекаю, так и скажи, я просто тихо постою в уголке и спрошу у него, — она указала на священнослужителя.