В комнате было два окна, закрытых изнутри массивными ставнями.

— Странные люди здесь живут, — подумалось девушке.

Она прошла в следующую комнату. В ней стоял странный запах. Осмотревшись, принцесса поняла, что это пахнут свежевыделанные шкуры, в беспорядке валявшиеся на полу. В обеих комнатах не было ни малейшего намёка на мебель.

Стелла сумела развести огонь в очаге в третьей комнате — пожалуй, самом приспособленном для жилья помещении. Комната была небольшой, но содержала минимальный набор необходимых для жилья удобств. Судя по ложу из шкур в углу, это была спальня.

До наступления темноты так никто и не появился. Принцесса поужинала, притащила из второй комнаты шкуру и легла. Блики огня играли в её глазах, тепло очага убаюкивало, и, несмотря на данное самой себе обещание дождаться хозяев, девушка сладко уснула.

Проснулась она оттого, что скрипнула входная дверь. Стелла быстро вскочила и отбросила подальше шкуру, на которой спала: хозяину вряд ли понравится такое самоуправство. Ей вдруг вспомнился людоед из Лесов чёрных сваргов. Откуда ей знать, кто хозяйничает в этом странном доме? На всякий случай она нащупала рукоять меча.

— Так-так, да у меня гости! — протянул из первой комнаты хозяин. Его голос показался девушке знакомым. — Нечасто меня балуют вниманием, нечасто. Кто бы это мог быть? Эй, я знаю, что в доме кто-то есть, так что лучше не прячьтесь!

— А я и не прячусь, — отозвалась принцесса, покрепче сжав рукоять меча.

На пороге возник силуэт высокого человека.

— Так, кто тут у нас? Девушка. Молодая красивая девушка. Кажется, я тебя знаю! — всплеснул он руками. — Это ведь твои лошади привязаны у моего дома?

Стелла кивнула. Нет, она не ошиблась, перед ней был никто иной, как Маскаль!

Первым её порывом было воспользоваться оружием, защититься от него, но он жестом удержал её:

— В моём доме чтят законы гостеприимства, я никого в нем не убиваю, так что убери его обратно. Но если я позволю тебе остаться, то, быть может, — улыбнулся он, — ты, наконец, поделишься со мной едой? В противном случае не досчитаешься поутру одной из своих лошадок.

Девушке ничего не оставалось, как потянуться за сумкой с едой. Маскаль с благодарностью принял из её рук хлеб и жареное мясо и принялся поедать их с жадностью, достойной его второго обличия.

— Располагайся здесь, у огня, — любезно разрешил он и ушёл.

Глава IX

Стелла проснулась, когда солнце, пробиваясь сквозь щели в ставнях, уже успело нагреть несколько половиц. Очаг, разумеется, догорел; остались только почерневшие головешки. Сев, девушка первым делом посмотрела, на чём она провела ночь — это была пушистая шкура рыси. Шкуры были повсюду, даже на скамейке у грубо сколоченного стола. Потянувшись, принцесса подошла к окну и открыла ставни — в комнату хлынул поток света, прогнав мрак из самых укромных уголков.

Видимо, услышав шум в соседнем помещении, Маскаль, снова в обличие волка, толкнул дверь и просунул голову в дверной проём.

— Доброе утро! — Не удержавшись, он сладко зевнул. — На звериных шкурах всегда хорошо спится.

— А для кого это утро доброе? Для меня или для Вас?

— Не бойся, людей я убиваю редко. Они платят жизнью только за непомерную жадность.

Оборотень вошёл в комнату. Девушка непроизвольно схватилась за кинжал.

— Бросьте его. Мы ведь оба не хотим, чтобы что-то случилось.

Он прав, оружие в данном случае не панацея, и она убрала его.

— Что Вам нужно?

— Долг хозяина велит накормить гостя, но вряд ли Вы будете есть то же, что и я. — Маскаль предпочёл уклониться от ответа на вопрос.