Поднялся Бьорн, который спокойно присоединился к мнению Амоса. Хранители – и старшие, и младшие – по очереди подали свои голоса. Не все высказались в пользу Банрууда из Берна, но таких оказалось большинство.

Дагмар сжался на скамье, обхватив себя руками и свесив голову, и оказался последним из тех, кто еще не выступил. Заседание растянулось на неделю, и за все это время он и слова в зале не вымолвил. Вместо этого Дагмар молил небеса заступиться, просветить и помиловать. Теперь ему казалось, что его молитвы услышаны. Но Айво его ответ не понравится.

– Дагмар! Ты опекун мальчика. Что скажешь? – подогнал его мастер Айво.

– Мастер… решение принимать вам. Я не могу, – пробормотал Дагмар.

– Так нельзя, Дагмар, – крикнул Амос. Он начал терять терпение, выслушивая мнения братьев, особенно тех, кто с ним не соглашался, ведь выбор был очевиден.

Дагмар коснулся самого свежего шрама на своей ладони. Ему так не хватало своего клинка, своих рун. С тяжелым сердцем и неспокойной душой Дагмар встал и поднял глаза на Айво. Зал снова погрузился в молчание, будто предстояло услышать заключительное слово.

– Байру всего семь лет, мастер. И он не хочет быть королем, – произнес Дагмар.

Голос его прозвучал как погребальный колокол. Все затаили дыхание.

– Мой отец пытался превратить меня в нечто, чем я не являлся. И за это я его возненавидел. Я не стану принуждать мальчика идти путем, которым он не хочет идти. Если Тору угодно, чтобы Байр стал королем, ему придется найти другой способ.

По залу пробежал взволнованный ропот, но его подавило восклицание верховного хранителя.

– Способ уже есть! Он здесь и сейчас, перед нами, хранитель Дагмар. Ты встал на пути Тора! – крикнул мастер Айво.

Амос вскочил, собираясь протестовать, но Айво осадил его взглядом и воспрещающим жестом, заставляя молчать всех, кроме Дагмара.

Дагмар покивал, принимая к сведению мнение Айво, но не соглашаясь с ним.

– Тор достаточно могуч, чтобы убрать меня с пути, если посчитает нужным. Но я не думаю, что время Байра пришло. Быть может, он и спасет Сейлок, но не сейчас. Не сейчас, мастер.

Взмахнув рукавами, как крыльями, мастер Айво скрестил руки на груди, упал в свое кресло и нахохлился. На этот раз хранители не сели на свои места вслед за ним. Все поняли, что мастер уступил, и теперь ждали, когда он их распустит.

– Я выслушал вас всех. И вы выслушали меня. Теперь идите. Мы послушаем ярлов и снова подадим голоса после того, как они сделают свое дело.

Но когда на следующий день прибыли ярлы, находившиеся под впечатлением чуда, воссиявшего в Берне, полные восторга по случаю появления прелестной девочки, они все как один назвали богам и хранителям Сейлока имя Банрууда из Берна. Большая часть хранителей согласно кивала, радуясь, что странное и необъяснимое бедствие закончилось и путь в будущее, лежащий перед страной, совершенно ясен. Старшие хранители, ранее поддержавшие стремления мастера Айво, вдруг обнаружили, что склоняются на сторону могучего ярла, его блистательной жены и девочки, которую она так нежно держит на руках.

Только мастер Айво голосовал против, но его одинокий голос заглушили славословия. Дагмар не чувствовал ничего, кроме облегчения из-за того, что Байр не стал правителем в свои годы. Под облегчением таился страх, вездесущий и многоликий, но со временем с этим страхом можно будет встать лицом к лицу и одолеть его. Байр вырастет. В период правления своего отца станет мужчиной. И это лучше, чем надеть корону, которую он не готов носить.

Прошло совсем немного дней, и девочка, маленькая Альба, смягчила сердце верховного хранителя и вернула улыбку на его уста.