49. Ареосинхронная орбита

«Либерейтор» достиг синхронной орбиты Марса. Либи развернула корабль так, что под ногами Эдны стала видна поверхность планеты.

На геосинхронной орбите Эдна бывала и раньше. Здешний опыт ничем не отличался от прежнего: Марс с ареосинхронной орбиты был почти такого же размера, как Земля со своего геосинха: не более бейсбольного мяча. Однако солнечного света здесь было явно меньше. Марс был темнее Земли, этакое сморщенное охристое яблочко по сравнению с яркой голубизной земного фрукта. В данный момент Марс был освещен почти наполовину, и Эдна видела внизу бриллиантовый блеск куполов Порта Лоуэлла. Он находился почти на границе света и тени и едва ли не точно под днищем «Либерейтора».

— Не могу поверить, что мы здесь, — сказала она.

В ответ Джон Меттернес хмыкнул:

— А я не могу понять, зачем мы здесь!

Тем не менее они сюда прилетели. Вряд ли во всей земной Вселенной нашелся бы хоть один человек, который не был бы наслышан о «Либерейторе» и о том, что он несется сейчас через Солнечную систему в облаке экзотических продуктов взаимодействия материи и антиматерии прямо к Марсу, причем с отключенным защитным полем, которое делало его невидимкой. Эдна думала о том, что, наверняка, сейчас множество глаз на Марсе смотрят на небо, по которому в самом зените движется новая яркая звезда. Она надеялась, что само присутствие в этих небесах «Либерейтора» настолько напугает марсиан, что они исполнят все, что требует Земля.

Раздался звонок, говорящий о поступившем сигнале.

Джон включил нужный дисплей.

— Брандмауэр на связи, — сказал он.

Очевидно, такова была ирония, и после всех событий в Солнечной системе он собирался вывести из строя корабль путем открытия его систем для разных вирусов, которые вполне могут сюда поступить вместе с марсианским приветствием.

— Пусть говорят, — осторожно согласилась Эдна.

На экране перед Эдной возникла голограмма: молодая женщина, улыбающаяся, представительная, с несколько отрешенным взглядом. Она показалась всем до странности знакомой.

— «Либерейтор»! Говорит Лоуэлл! Доброе утро!

— Лоуэлл! Говорит «Либерейтор»! — ответила Эдна. — Да, доброе утро. Мы вас видим внизу. Вид красивый. Наш корабль имеет регистрационный номер СС-1-147…

— Мы знаем, кто вы такие. Мы видели, как вы прилетели.

— Мне знакомо ваше лицо, — встрял в разговор Джон Меттернес. — Амфревиль. Паула, кажется. Вы дочь героини.

— Я живу спокойно, — безмятежно ответила девушка.

Эдна сказала:

— Мы все надеемся, что сегодняшний день тоже будет для вас спокойным, Паула.

— Да, мы все на это надеемся. Но вы что-то замышляете, не так ли?

— Разве? — Эдна наклонилась вперед, стараясь выглядеть более солидно и уверенно, чем чувствовала себя на самом деле. — Паула, и вы, и те, с кем вы общаетесь, наверняка знают, зачем мы здесь.

— В Порте Лоуэлл Байсезы Датт нет.

Тщательно подбирая слова, Эдна сказала:

— Я уполномочена применить силу. В сущности, для разрешения проблемы мне приказано ее применить. Подумай о том, что это значит, Паула. Это будет первая война между законными властями на Земле и одной из космических коммун.