– Что с тобой? – бросился я к ней.

– Камнем зацепило, – скрипнула она зубами. – Краешком… Ничего, она неглубокая, я знаю.

Не было смысла не доверять бывшей Убийце в вопросах, касающихся ранений, но я всё же отвел её руки и, разорвав блузку, посмотрел на рану. Длинная, рваная, поперёк живота. Но, кажется, и вправду обошлось только кожей. Врач с меня, конечно, такой себе, к тому же при таком освещении…

– Тряпку бы сухую, – сказал я.

– Да, точно! – закивала Натсэ. – И поросёнка на вертеле. И вина красного. Пошли!

Она поднялась на ноги, запахнула обрывки блузки, прижала к ране и так, горбясь, двинулась к темнеющему впереди холму. Я пошёл рядом, поддерживая её.

Если коридор уже «зарос», значит, нет в мире справедливости. А она должна быть, просто обязана! Я безошибочно нашёл то место, из которого мы много раз выходили и куда входили. Положил руку, вызвал руну и закрыл глаза…

Земля расступилась. Как «молния» на джинсах, даже легче!

– Ну хоть в чём-то наконец повезло! – простонала Натсэ, и мы двинулись в глубь земли.

* * *

Талли лежала в постели, прижимая каменную розу к груди. В первый миг мне показалось, что она уже мертва, но потом я заметил, что она дышит. Часто, мелко.

Мелаирим всё так же сидел у её кровати, но поднялся нам навстречу. Наверное, он хотел сказать что-то насчёт того, что я долго добирался, но, увидев, в каком мы состоянии, проглотил свои слова.

– Натсэ, возьми что-нибудь из шкафа, – махнул я рукой, и от движения меня шатнуло, я влетел плечом в противоположную стену. Магическая защита высосала меня основательно, голова кружилась.

Я заставил себя отлепиться от стены и подошёл к кровати.

– Талли, – прошептал я, упав на колени. – Талли, ты слышишь?

– Она уже час как не разговаривает, – глухо сказал Мелаирим. – Остались минуты. Почти вся её душа уже там.

Натсэ чем-то шуршала в шкафу Талли, рвалась ткань. Мне показалось, что губы Талли дрогнули, и я наклонился поближе.

– Морти… – послышалось мне.

Я закрыл глаза, собирая мысли в кучу. Сейчас мне нужно было говорить связно. И убедительно. Нужно было встряхнуть Мелаирима и заставить его действовать.

– Мелаирим, – заговорил я, – мне нужна ваша помощь.

– Какая помощь? – горько откликнулся он. – О чём ты говоришь?

– Ваша племянница умирает.

– Я это заметил.

– Но члена клана Огня ещё можно спасти.

Я повернул голову, посмотрел на него. Мелаирим не понимал.

– Тот ритуал, – сказал я, – в котором вы мне клялись. Время пришло. Плевать на солнцестояние. Давайте хотя бы попробуем.

Недоумение на лице Мелаирима сменилось ужасом. Он попятился от меня.

– Ты с ума сошёл? Мортегар, это невозможно!

– Да плевать мне на ваше «невозможно»! – крикнул я. – Талли бы этого хотела, я уверен. Она раскаивалась в том, что сотворила, и была бы рада хоть немного искупить вину. Пока какие-то крохи её души ещё живут в этом теле… Да соберитесь же вы!

И вдруг Мелаирим заплакал. Меня это зрелище ввело в оцепенение. Он упал на колени и просто визжал, закрывая лицо руками. Натсэ, перевязывающая живот куском одного из платьев, тоже изумлённо на него воззрилась.

– Я не смогу! – всхлипывал Мелаирим, справившись с первым приступом истерики.