Талли оставила мне один факел, который горел в держателе на стене, давая яркий ровный свет. Если бы я был из геймеров, я бы, верно, и внимания не обратил: горит себе да горит, код у него такой. Но я был слишком отравлен реалом и заинтересовался: сколько ещё эта дубина будет гореть?

Я подошёл к факелу, присмотрелся. Почесал затылок. Оч-ч-чень интересно. Помнится, у монахов в святилище факелы были правильные – палки, обмотанные горящей паклей. Здесь же я видел медную трубку с медной же площадочкой сверху, на которой плясал огонь. Сколько ни присматривался, я не обнаружил ничего похожего на сопло, из которого подавалось бы горючее. Единственное, что я нашёл – выгравированное на медной площадке изображение какой-то руны, напоминающей самую обычную галочку, но заключённую в круг и оттого выглядевшую солидно. Руна светилась красным, хотя возможно, это огонь так играл на красной меди.

«Просто магия, – сказал я себе, – расслабься». И завалился на кровать. Вот прям в одежде, на покрывало. Ноги в кожаных сапогах положил на спинку кровати, руки сцепил на затылке и с интересом уставился в потолок.

Интереса хватило ненадолго. Я никогда не любил, да и не умел просто и целенаправленно размышлять. Если я сталкивался с задачей, которая не хотела решаться «вотпрямщас», я спокойно отвлекался на что-то попроще, зная, что, когда будет надо, решение само придёт в голову.

Сейчас передо мной никаких задач не стояло. Разве что решить, враги мне Мелаирим и Талли или же друзья. С одной стороны, они меня похитили. Значит, враги. С другой – спасли от жертвоприношения. Значит, друзья. С третьей, спасли они меня для того, чтобы я умер и возродил огонь. Значит, враги. С четвертой, я видел Талли голой в ванне. Значит…

Так, стоп! Я замотал головой, разбрасывая глупые мысли по углам. Этим всегда и заканчиваются мои попытки рассуждать логически. Надо тормознуть с логикой, пока не повзрослею и гормоны не успокоятся.

Да и какая, в конце концов, разница? Враги, друзья… Я один в незнакомом мире, где уже успел осквернить святилище, и мне, как следствие, никто не рад. А эти двое накормили меня, напоили и приютили. Какие варианты? Будь у меня суперсила – другой разговор, но я пока не ощущал в себе даже отдалённого её подобия. Попробовал было зажечь огонь на ладони, как у киношных магов, но – увы. Кажется, мне чего-то не хватало.

Тогда я достал из кармана новых штанов свой смарт и попробовал включить. Тут мне повезло больше. Китайская приблуда на полном серьёзе взялась работать.

В этот раз экран с ПИН-кодом меня не озадачил. Я, стараясь не вникать в цифры, использовал мышечную память. Со второй попытки экран разблокировался.

Сложно сказать, чего я хотел от смартфона, который даже назвать-то в этом мире никак не мог. Наверное, кусочка прежней жизни. Я не смог бы прочитать ни одной книги, ни одного комикса из всей той огромной библиотеки, что хранилась в памяти. Будь у меня какие-нибудь фильмы, я не понял бы и слова из них. Не было смысла и таращиться в череду эсэмэсок, каждая из которых выглядела ничуть не приветливей какой-нибудь древнешумерской надписи.

Тогда я зашёл в «галерею» и полистал картинки. Их там было небогато. В основном мультяшные. Сейчас они казались такими глупыми и далёкими… Найдя фото сестрёнки, я прикусил губу, чтобы не заплакать. Если я всё правильно понял, она мертва. Сгорела заживо, в качестве жертвы за моё появление здесь. И я ещё думал, друзья мне или враги эти двое?! Я смел сомневаться?!

Я выключил телефон, чтобы не посадить батарею, и с яростным вызовом посмотрел в потолок. Вот и задачка образовалась. Если Мелаирим хочет, чтобы я ему в чём-то там помогал, пусть вернёт мою сестру. С того света. Как хочет. Он же маг, в конце-то концов, или где?!

* * *

Несмотря на благородную злость, терзавшую мне сердце, я уснул, а разбудил меня вернувшийся из академии Мелаирим.