|
.. Внимание!!! Справа, над угловатой скалой, совсем близко от невидимой патрульной трассы Волчонка, колыхнулся округлый предмет, очень смутно различимый на таком расстоянии в сине-зеленом сумраке, но, без сомнения, имевший мало общего с естественными деталями морского пейзажа. Скрылся, вновь появился... Мазур реагировал мгновенно. Послав окрест длинную дробь тревоги, он выпустил повисшие на запястье кастаньеты и рванулся в ту сторону. Пролетая над затонувшим фрегатом, успел заметить, что всякая работа моментально прекратилась, что пловцы сомкнулись в боевую "карусель" на трех уровнях. Волчонок обогнал его корпуса на два. Взмыв по параболе над острой верхушкой скалы, Мазур уже явственно видел две головы, словно перечеркнутые поперек широкими масками - другими, чужими. Плотно обтянутые капюшонами гидрокостюмов головы, спаренные горбы баллонов на груди, выгнутые гофрированные шланги... Он шел на чужих, как стрела из лука. Выхватил нож, нимало не раздумывая, - сработал вдолбленный рефлекс. Справа, чуточку пониже, несся Волчонок. Чужие, сильными толчками оттолкнувшись от скалы, вертикально взмыли над вершиной. Тот, что держался немного впереди, вскинул на уровень груди продолговатый округлый предмет, похожий на тубус для чертежей, - вот только этот тубус заканчивался толстой короткой трубкой... "Нож! - мысленно заорал Мазур, видя, что Волчонок идет на сближение с пустыми руками. - Нож, мать твою!" Поздно. Напарник так и не бросил руку к поясу. Вспененная струя, полная клокочущих пузырьков, рванулась из трубки, с нереальной быстротой вытягиваясь в длину, - и встретилась с грудью Волчонка. Тот, с маху потеряв темп, конвульсивно дернулся, запрокидываясь назад все сильнее и сильнее, словно падал с несущегося на всем скаку коня, широкие ласты уже взмыли выше головы - и Мазуров напарник, обвиснув безвольной тряпкой, уже выпустив изо рта загубник, вниз головой пошел ко дну по отвесной. Некогда было думать и колебаться. Отметив, что второй чужак, выполнив на месте грациозный пируэт, рванулся прочь, Мазур sjknmhkq от второй пенной струи, прошедшей сантиметрах в десяти от его поясницы, в три гребка сменил уровень и направление, оказавшись выше и левее, крутанул боевой вираж. Ребро его ласта, как он и рассчитывал, с нешуточной силой ударило по запястью чужака, и тут же пятка Мазура подбила локоть уже ушибленной руки. "Тубус" взлетел вверх, вырвался из обтянутых черной резиной пальцев, пошел на дно. Еще два гребка, "горка", пируэт... Оказавшись лицом к повернутому в профиль противнику, Мазур скупо взмахнул ножом. Успел повернуть клинок на середине траектории. Нож рассек правый шланг чужака - а там, из-за того самого поворота, обушком зацепил левый, вырывая изо рта загубник. Перед глазами у Мазура мелькнула запрокинутая голова, раздернутый в тщетных поисках воздуха рот с ровными белыми зубами, за овальным стеклом маски Мазур без труда рассмотрел сведенное ужасом лицо. И полоснул лезвием по резине, по шее - справа под челюстью. Мгновенно взвихрилось облачко темной мути, из разинутого рта рванулись вверх крупные пузыри, противник пошел на дно, нелепо болтая конечностями, окутанный растущим темным облачком. Мазур не видел дальнейшего - он несся следом за вторым. Это была странная, беззвучная погоня в сине-зеленой невесомости, на пределе сил. |
