Питер отвесил легкий поклон.

— Простите, но я должен отвести леди Матильду назад в бальный зал.

— Мне кажется, было бы лучше, если бы это сделала моя супруга, — сказал лорд Истерли, и Питер понял, что виконт хочет отплатить ему добром за добро, оказав услугу.

Супруги Истерли наверняка никому не скажут о том, что видели на террасе находящихся наедине Питера и Тилли. Безупречная репутация леди Истерли избавит Тилли от досужих сплетен.

— Вы совершенно правы, милорд, — промолвил Питер, мягко подталкивая Тилли к леди Истерли. — Увидимся завтра, леди Матильда.

— Вы обещаете? — спросила Тилли, и Питер заметил, что она нисколько не смущена сложившейся ситуацией.

— Да, — сказал Питер, не сомневаясь в том, что сдержит слово.

Глава 5

«Так как история с пропавшим браслетом до сих пор не получила развития, автор вынужден ограничиться обычными темами, а именно: описанием недостатков светского общества, заключающихся преимущественно в погоне за богатством, престижем и выгодным браком.

Автору хотелось бы остановиться сегодня, прежде всего на персоне мистера Питера Томпсона, который, как мог заметить любой, у кого есть глаза, уже целую неделю усердно ухаживает за леди Матильдой Говард, единственной дочерью графа Канби. Эта парочка была неразлучна на протяжении всего вечера на балу в доме Харгривз. А после этого мистер Томпсон, как известно, в течение семи дней почти каждое утро наносил визиты в дом графа Канби.

Подобная активность сразу же привлекла всеобщее внимание. За мистером Томпсоном давно уже закрепилась слава охотника за приданым, хотя к его чести надо заметить, что до леди Матильды его финансовые притязания были куда скромнее и не вызывали нареканий в обществе.

Приданое леди Матильды, однако, огромно, и в высшем свете давно утвердилось мнение, что она выйдет замуж, по меньшей мере, за графа. Автор этих строк располагает достоверной информацией о пари, зафиксированном в специальной книге, хранящейся в клубе „Уайтс“. Многие члены клуба поставили на то, что леди Матильда, в конце концов, будет обручена с герцогом Эшборном, который, как известно, является последним, знаменитым герцогом Британии. Бедный мистер Томпсон».

Действительно, бедный мистер Томпсон…

В течение последней недели Питер испытывал то отчаяние, то блаженство. Он всеми способами пытался забыть о том, что Тилли была одной из самых богатых невест в Англии, а сам он, к несчастью, принадлежал к числу обедневших дворян.

Должно быть, родители Тилли уже догадались о том, что он увлечен их дочерью. После бала в доме Харгривз Питер почти каждый день заезжал к Канби. Он тщетно старался убедить себя в том, что родители Тилли считают его другом Гарри и именно этим объясняют его частые визиты в их дом. Граф и графиня Канби не могли указать на дверь боевому товарищу погибшего сына.

Более того, похоже, леди Канби нравились визиты Питера. Она подолгу разговаривала с ним о Гарри, о его последних днях. Особенно ее восхищали рассказы Питера о том, что Гарри сохранял присутствие духа и чувство юмора даже в самые тяжелые моменты фронтовой жизни и всегда ободрял своих друзей по оружию.

Леди Канби так любила разговаривать с Питером о сыне, что смотрела сквозь пальцы на казавшиеся ей безнадежными ухаживания гостя за Тилли. Графиня хорошо понимала, что мистер Томпсон — неподходящая партия для ее дочери.

Питер не обольщался приветливостью хозяйки дома. Придет время, и граф с графиней прозрачно намекнут ему на то, что хотя он и добрый малый, но брак между ним и их дочерью невозможен.

Однако это время еще не наступило, и Питер решил не торопить события. Пока еще ему разрешали общаться с Тилли, он мог наслаждаться ее обществом.

Во время одного из визитов в дом Канби он договорился с Тилли встретиться на следующее утро в Гайд-парке.