У большой кровати стоял терминал административного доступа, где можно было получать отчеты о состоянии в виде текстовой и графической информации. Была даже личная оружейная комната, наполненная разными образцами незнакомого оружия и ещё множество непонятных вещей и объектов, о которых не знала даже Рийса, а рассказать об их назначении мне тем более никто не мог.

Зато выяснили главное. Прыжковый двигатель станции был в порядке, и мы могли хоть сейчас отправляться куда-угодно. Вопрос был только в том, что большая часть звёздных систем кому-то принадлежала и, если совершить переход без предупреждения, это могли счесть объявлением войны или началом захватнических действий. А я понятия не имел, что происходит дома на Земле и новые проблемы были совсем ни к чему.

Поэтому пришли к компромиссному варианту. Берём два грузовика, нагружаем их рудой, продаём, получаем кучу денег и летим на станцию «Приют». Возможно орк с Лирианой уже вернулись, и мы сможем привлечь их к нашим делам. Затем закрываем все долги и летим набирать новый экипаж на станцию. Я даже уже знал, где их брать. Сородичи Урзул’Рага и Рийсы. Первых как бойцов, штурмовиков, десантников, а вторых как техников и пилотов. Соберу свою личную армию, а там будет понятно: либо наконец восстановится связь с Землёй, либо брошу на её поиски все силы, благо с деньгами и подчинёнными это будет гораздо проще сделать.

* * *

— Нам нет смысла лететь на двух грузовиках. — Подытожил я, стоя возле одного из них.

Его грузовой отсек по характеристикам вмещал две тысячи тонн. Мне было сложно представить, сколько по времени придётся печатать эту руду, чтобы полностью забить его хотя-бы на один рейс. У меня до этого, на три с половиной тонны редкоземельных элементов в пяти контейнерах, уходило порядка пятнадцати процентов, а тут нужно в сотни раз больше.

Я открыл калькулятор в коммуникаторе и начал прикидывать. Можно было бы посчитать в голове, но так выходило нагляднее.

Один контейнер с рудой весил около семисот килограмм и по размерам составлял один метр в длину, и по пол метра в ширину и высоту — такие своеобразные пеналы. Грузовой отсек у корабля был цилиндрической формы и состоял из стеллажей с ячейками для фиксации в которые как раз помещались эти контейнеры, и даже оставалось немного места. Загрузка осуществлялась манипуляторами, и роботами, благо, я уничтожил не всех и их сохранилось приличное количество.

По моим расчётам выходило, что в корабль было способно поместиться более двух с половиной тысяч контейнеров с компоновкой в виде блочной укладки. Только тут я возвращался к вопросу о том, сколько понадобится энергии и времени на их печать.

Но из интересного, я замечал, что затраты энергии на печать растут нелинейно даже несмотря на увеличивающиеся размеры. Так, за пять конейнеров, занимающих объем в пять метров в высоту — тратилось пятнадцать процентов, а за космический истребитель, едва вмещающийся в десятиметровую сферу — всего пять. Понятно, что там большой объем пустот, но всё же эту теорию стоило проверить.

Я распечатал пять контейнеров, дал команду роботам на объединение их в одно целое и пока они наваривали стальные полосы, распечатал рядом ещё пять, а затем ещё и ещё.

Глянул на объем энергии, восстановившейся за время отдыха и удовлетворённо кивнул. Оставалось ещё двадцать и этого должно было хватить на эксперимент.

Роботы, пользуясь манипуляторами, выстраивающими контейнеры один на другой, тем временем сварили конструкцию в единое целое, получив своеобразный параллелепипед, а я, приложив к нему руку — начал копировать.