— Антон Северский, — отчеканил Аркадий Стрельцов.

Шрам задумчиво провёл пальцем по увечью на своем лице. Это была старая привычка, которую Аркадий Юрьевич замечал за ним и раньше. Обычно, после того, как Шрам так делает, кто-то вскоре умирает…

— Северский… — повторил он. — Не слышал о таком.

— Думаю, и никто не слышал, — охотно продолжил Аркадий Юрьевич. — Моя СБ уже проверила, что смогла. Угасший род, ни денег, ни влияния, ни людей, лишь два каких-то непонятных слуги. Так он сам еще и не местный — ивановский.

— И этот никто посмел обобрать твоих людей? — нахмурился Шрам.

— Говорю же! Уставшие они были, после тяжелого боя! Кровью истекали, сознание теряли. Взял и украл! И твое имя его не остановило!

Шрам чуть прищурился:

— Твои бойцы назвали мое имя?

— Ну… — замялся Аркадий. — Прямо-то не сказали, что это для тебя. Но все-таки… Должен ведь понимать, что люди ждут трофеи! Что это для большого уважаемого человека, что он не имеет на них никакого права, что…

— Хватит, — раздраженно оборвал его Шрам и начал задумчиво барабанить по столу. — Я даю тебе пять дней, чтобы ты закрыл долг. Кости должны быть у меня, Аркадий. Уяснил?

— Да! — с готовностью кивнул Стрельцов. — Спасибо за отсрочку. Буду искать в других губерниях, и у наших скупщиков тоже, и…

— Нет, — покачал головой Шрам. — У наших скупщиков я найду раньше тебя, если там что всплывет.

— Но…

— Ты мне рассказал очень занимательную историю, Аркадий, вместо того, чтобы принести товар. Зачем? Хотел, чтобы я сам искал этого твоего Северского? Я поищу… мне не трудно. Но и ты будь добр, сдержи слово. А не то…

Шрам сверкнул глазами, и Стрельцов судорожно сглотнул.

— Я понял, — выпалил он. — Сделаю. За отсрочку спасибо.

— Можешь идти, — махнул рукой Шрам, потеряв интерес к собеседнику.

Спустя минуту дверь ложи за Стрельцовым закрылась.

— Врет ведь, сразу видно, — изрекла брюнетка, прижавшись ближе к хозяину клубу.

— Не сомневаюсь, — кивнул Шрам.

— Из-за этого… Северина? — удивленно спросила блондинка, не запомнив фамилию.

— Из-за меня, — отозвался Шрам, плеснув себе еще коньяка. — Аркаша решил, что теперь он самый умный, и захотел направить мой гнев на кого-то другого… И ведь правильную ставку сделал, хитрый черт!

Шрам залпом осушил бокал и, откинувшись на спинку дивана, уставился на деревянную люстру:

— Если какой-то оборванец сделал то, что не смогли бойцы Стрельцовых… Впечатляет. Но все же, Аркаша прав… Этот Северский забрал то, что принадлежит мне. Эх, давненько я не выбирался на другой берег Волги.

Глава 26

Петрович и Игоша вырубились, едва мы подняли органы пепельников в квартиру и утрамбовали их в морозилку. Места в ней уже не оставалось. Да чего там, даже холодильник уже заполнили весь, пришлось вытащить часть продуктов.

Дед даже не дошёл до своей комнаты, завалился прямо на диван в зале и захрапел. Игоша продержался чуть дольше, но тоже сдался, свернувшись калачиком у себя на кровати.

За окном стояла глухая ночь. Фонарь во дворе мигал, бросая неровные тени на стену. Где-то вдали лаяла собака, да изредка проезжали машины.

Завтрашняя ночь будет последней. Седьмая луна — крайний срок для ритуала воскрешения Руха. У меня есть Гнездовой узел для Воронова, есть Волевой ганглий, утром будет ещё и оборудование… Есть Место Силы в «Чёртовой лапе», в конце концов.