– Он… Прости, господин, но он живой?

– Да, но в моем присутствии парализован. Впрочем, он и так не очень-то двигается. Оставь его. Присаживайся.

Я запоздало вспомнил, что не поклонился. А теперь уже принц указывал на кресло и не смотрел на меня. Как быть?

– Садись, – повторил принц. – Оставим формальности на этот вечер. Ты можешь звать меня по имени. Лэйен.

– Да, Ваше Высочество. – Мне было физически тяжело назвать особу королевской крови лишь по имени.

– Лэйен, – повторил он с улыбкой, и снова странным образом напомнил мне Шериаду.

– Да, господин, прошу меня простить, но если вам, то есть тебе нужно кого-то призвать, – зачастил я, – то лучше скажи мне об этом сейчас, потому что потребуется время на подготовку…

Принц поднял брови и перебил:

– Элвин, успокойся. Я пригласил тебя только для приятной беседы. И игры в шахматы. Сестра в отъезде, а мне надоело играть одному. Никого призывать не нужно. Ты же любишь кофе, я правильно помню?

Я кивнул, не доверяя своему голосу.

А потом пораженно смотрел, как его высочество сам наливает мне кофе в чашку и ставит на стол вазы с конфетами.

– Шериада любит сладкое. А ты?

Наконец я вспомнил, что был спутником и умею вести светские беседы.

– Да. Л-лэйен. Последнее время мне кажется, что я люблю все, – я улыбнулся, изображая смущение. Впрочем, тут мне и изображать ничего не пришлось.

Принц кивнул.

– Конечно. Знаменитый аппетит магов. Угощайся. И я предложил тебе шахматы, но если ты предпочитаешь другую игру – например, карты, – я не против.

– Нет, господин.

«Только нужно будет следить за собой, чтобы дать ему выиграть», – подумал я тут же.

Следующие минут десять мы молчали. Я постепенно приходил в себя – даже заметил, что в комнате довольно тепло. Еще бы, здесь такой огромный камин!

А Лэйен, похоже, пытался дать выиграть мне.

Он не выдержал первым и рассмеялся, глядя на доску.

– Это действительно забавно. Элвин, ты поддаешься, я поддаюсь. Давай-ка отложим пока шахматы, а потом начнем игру сначала, ты не против?

– Как прикажешь, господин.

Лэйен усмехнулся, убирая фигуры.

– Шериада говорила, что ты очень вежлив. Признаюсь, вежливый маг – это ново для меня.

– Правда, господин?

– Конечно. Ты же видел мою сестру. А это еще даже не самый плохой случай.

Я нахмурился. Тот один (или все же два?) раз, когда я видел королеву Сиренитти, она ничего не делала, только сидела и сияла. Абсолютно по-королевски.

– Прости, господин, но я незнаком с королевой.

Лэйен тоже нахмурился, потом вздохнул.

– Ах да, конечно. У всех нас свои недостатки, но видят боги, лгать ее научили уже здесь. – Он поймал мой взгляд. – Извини. Я задумался. Элвин, скажи, каково это – узнать, что ты маг?

– Тяжело, господин. Мне до сих пор кажется, что я сплю.

Лэйен поставил чашку обратно на блюдце. То слегка звякнуло.

– Значит ли это, что магом тебе быть не нравится?

Я отвел взгляд.

– Да, господин.

– Но почему? Разве это не открывает такие потрясающие возможности? Сила, власть? Тебя это не прельщает?

Я помнил, что было в прошлый раз, когда я ему солгал. Поэтому сейчас ответил прямо:

– Нет, господин. Я не хочу власти.

Лэйен кивнул.

– Чего же ты хочешь, Элвин?

И снова я, пусть и замешкавшись, ответил честно:

– Свободы. Я хочу сам решать, какой будет моя жизнь.

– Полагаю, Шериада тебе этого не позволяет.

– Она объяснила, что свободным я не буду никогда.