— Это Зеленая часовня? Вы были внутри? Там есть ониксовая лошадь?

 Солдат пожал плечами.

 — Там много сокровищ. Должен признаться, что никакой лошади я не находил. Неудивительно, учитывая количество драгоценностей, которые навалены внутри.

 — Но она может там быть?

 — Вполне.

 — Тогда я войду и поищу ее. Вы знаете, какой проход ведет в сокровищницу?

 — Да, — отозвался Солдат, показывая рукой.

 Рыцарь — а именно таковым казался воин — уже собирался войти, как вдруг заколебался на пороге.

 — Ты мне не веришь? — спросил Солдат.

 — Прости, сэр, на пути мне встречалось много разнообразных препятствий. Тег сделал путешествие нелегким. Я преодолел семь преград, а ты можешь оказаться восьмой. На горном склоне я встретил фею, которая должна была задержать меня. Она дарила мне свою любовь и поила золотым вином… Вот там-то я и потерял свою лошадь, поэтому весь остальной путь проделал пешком.

 — Уверяю, сэр, я не лгу, — сказал Солдат, показывая три предмета, за которыми он приходил. — Вот что мы добыли в часовне всего лишь несколько минут назад.

 — Он прав, — кивнул Маскет, — мы только что вышли. Но если не верите нам, посмотрите на кроличий помет. Кролики не полезут в адскую дверь. Они мигом учуют запах серы.

 Рыцарь оглядел вход.

 — Да, мальчик, здесь и впрямь полно кроличьих следов. Я благодарю вас обоих.

 Прежде чем воин исчез внутри, Солдат окликнул его:

 — Ты знаешь, что брать следует только то, за чем пришел?

 — Разумеется. Мне больше ничего не нужно, дружище.

 — Хорошо. Я просто хотел тебя предупредить.

 Они возобновили трапезу. Айсвинг, царица небес, вновь улетела. Казалось, паломничества в Зеленую часовню происходят постоянно, и у дракона хватает работы.

 Через некоторое время воин вышел наружу. Солдат и Маскет в изумлении созерцали его ношу — статую лошади, изваянную в натуральную величину. Должно быть, рыцарю стоило неимоверных усилий вытащить лошадь из сокровищницы и проволочь по всем туннелям. Они помогли ему пронести ее несколько последних ярдов и поставили статую под деревьями. Это и впрямь было истинное произведение искусства. Причудливые узоры проступали на поверхности оникса. Тело лошади, копыта грива и хвост — все было изваяно гениальным скульптором. Благородные очертания носа и рта. Острые стоячие уши. Несомненно, моделью для этой статуи послужил благородный скакун чистейших кровей.

 — Я думал, ты имеешь в виду маленькую статуэтку вроде нашего богомола, — сказал Солдат.

 — Нет-нет, я имел в виду именно это, — отозвался рыцарь. — Разве она не прекрасна? — Воин погладил гладкий круп, словно перед ним стояла живая лошадь. — Я мечтал обладать ею… хотя в конечном итоге собирался обменять ее на кое-что… кое-кого получше. Она владела моими мечтами с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, и, наконец, Тег ответил на мои молитвы и указал путь в ее конюшню. Я умру счастливым. Человек может прожить вечность и не обладать подобным сокровищем. И все же… все же… — Взгляд воина стал задумчивым и тоскливым.