Заяц и впрямь оказался недурным блюдом; всю свою жизнь он провел на горных лугах и был большим и жирным. Солдат отдал By белоснежную шкурку, которой предстояло превратиться в футляр для ножа или кошелек. Они сидели возле огня, набивая животы горячим жарким, приправленным травами. Есть что-то притягательное в огне, горящем в лесу среди снегов. Существуют люди, на которых созерцание костра навевает покой и умиротворение. Солдат относился к их числу. Белый дым поднимался к древесным ветвям и исчезал в черноте, усеянной звездами. Запах горящих сосновых иголок и веток приносил чувство покоя и расслабленности.

 В полночь из дупел деревьев начали вылезать какие-то странные существа. Они походили на фей, но были аспидно-черного цвета с оранжевыми глазами, горящими, будто пламя свечей. By разъяснил Солдату, что это безобидные твари, и в отличие от дротов они не питаются кровью людей и животных. Запах дыма выгнал их из жилищ в древесных стволах, и они просто сновали туда-сюда, размахивая кожистыми, как у летучих мышей, крыльями. Они летали сквозь вздымающиеся снопы искр. То и дело кто-нибудь опускался чересчур низко и, съежившись, падал в огонь, где вспыхивал сине-зеленым пламенем. Когда Солдат выразил тревогу по этому поводу, By сказал ему, что маленькие создания живут только одну ночь, и преждевременная смерть не будет большой утратой для их племени.

 — Они — мотыльки сверхъестественного мира, — сказал By. Он уже хорошо говорил на человеческом языке, что свидетельствовало о высоком интеллекте воина. — Много ли значит мимолетная жизнь, если душа существует вечно? Мы приходим в этот мир только затем, чтоб предоставить душе возможность запечатлеть себя. Иногда мне кажется, что лучше бы мы тоже были такими преходящими созданиями. Нет нужды в жилье, еде, питье… или войнах. Все это не имеет значения для существ со столь короткой жизнью.

 — А ты уверен, что есть нечто за гранью смерти?

 — Уверен. Иначе, какой смысл во всем этом — если  там нет ничего?

 — Ну, знаешь ли… философы спорят тысячи лет. Впрочем, сегодня у меня нет настроения дискутировать на эту тему.

 Они улеглись спать возле костра, и на протяжении ночи здесь побывало немало удивительных существ. По большей части это были серые призраки — бестелесные создания, выплывающие из темноты. Пару раз к костру выходили страшилища, которые переворачивали бревна — кто рогом, кто когтем. Они обнюхивали спящих товарищей, стряхивали росу с кожистых крыльев или похожих на кнуты хвостов, а потом шли своей дорогой, не тревожа пришельцев. Одна причудливая бородавчатая тварь приблизилась к костру и принялась поедать дымящиеся угли. Но по большей части пришельцы были просто фантомами, бродившими по теням на гранях миров. Они обитали на границе сна и яви и не существовали бы вовсе, если б люди просто закрывали глаза и ни о чем не грезили с сумерек до рассвета. Эти ночные мороки страны чудес были плодом воображения людей; они проявлялись в причудливых формах, рожденных человеческими снами.

 Товарищи проснулись с первыми лучами солнца, и хрупкая граница между реальностью и фантазией отодвинулась к самому горизонту.

 — Далеко ли до места назначения? — спросил Солдат искателя мечей. — Сколько нам еще идти?

 — Почти нисколько, — отвечал By. — За следующим гребнем, вон за тем, поросшим соснами, находится пещера Гилкристы и Уиландоу, драконов-близнецов, стражей входа. Внутри пещеры располагается хрустальная каверна, а на дне ее — подземное озеро. Там и лежит твой Кутрама.

 — Как мне пройти мимо драконов?

 Тем же тоном, которым говорил Солдат прошлым вечером, рассуждая об охоте и воинском искусстве, By ответил:

 — Я нахожу мечи, а не добываю их.