|
Человек сказал почти приятно: - Нет, - и она остановилась, как будто самым важным, единственной важной вещью в мире, было подчиниться. - Сейчас будут мои самые любимые кадры. - Он кивком указал на экран, где из здания били языки пламени и на носилках лежали изувеченные тела. - Вот я! Стою у автомобиля! Ну, я бы не сказал, что это был продолжительный кадр! Его внимание вернулось к ней. - О, - мягко сказал он. - Мне нравится ваше ожерелье, - бледная рука с длинными тонкими пальцами скользнула к ее шее. Она хотела съежится, потому что не могла вынести, чтобы эта рука касалась ее, но этот голос загипнотизировал ее, он эхом звучал в ее сознании. Она содрогнулась, когда холодные пальцы коснулись распятия. Он потянул его, но и распятие и цепочка припечатались к ее коже. - Оно приварилось, - сказал человек. - Мы это поправим. - Быстрым движением руки он сорвал распятие и цепочку, содрав при этом кожу Сестры. Ужасная боль пронзила ее, как электрический разряд, но одновременно и освободила ее сознание от послушности его командам, и мысли прояснились. Жгучие слезы прокатились по ее щекам. Человек держал руку ладонью вверх, распятие и цепочка подрагивали перед лицом Сестры Ужас. Он стал напевать голосом маленького мальчика: - Мы пляшем перед кактусом, кактусом, кактусом... Его ладонь воспламенилась, языки огня поднялись от пальцев. Когда ладонь покрылась огнем как перчаткой, распятие и цепочка стали плавится, закапали на пол. - Мы пляшем перед кактусом в пять часов утра! Сестра Ужас глядела в его лицо. При свете от охваченной пламенем ладони она видела, как меняются его кости, оплывают щеки и губы, на поверхности без глазниц появляются глаза различных оттенков. Последняя капля расплавленного металла упала на пол. Через подбородок человека прорезался рот, похожий на рану с кровоточащими краями. Рот ухмыльнулся. - Бежать домой, - шептал он. Фильм прекратился, пламя побежало по экрану. Красный занавес, за который все еще держалось Сестра Ужас, охватило пламя, и она вскрикнула и отбросила от него руки. Волна удушающего жара заполнила кинотеатр, стены занялись. - Тик-тик, тик-так, - говорил голос человека, в веселом песенном ритме. - И время не остановить. Потолок осветился и вспучился. Сестра Ужас закрыла голову руками и метнулась назад сквозь охваченный огнем занавес, когда он двинулся к ней. Ручейки шоколада стекали со стойки контроллера. Она подбежала к двери, а нечто за ее спиной визжало: - Убегай! Убегай, ты, свинья! Она успела пробежать три шага, как дверь за ее спиной превратилась в огненный щит, и тогда она побежала как сумасшедшая по руинам Сорок Второй, а когда осмелилась оглянуться, то увидела, что пламя бушевало по всему кинотеатру, крышу его сорвало будто бы чьей-то чудовищной рукой. |
