|
— Для пива, чтобы ты знал, самое главное — чистота кранов и патрубков. — Это надо же! — возмутился Ди Калько. — У него, похоже, по всем вопросам есть свои соображения. — Они делят мир, — невозмутимо продолжал Люббок. — У меня же на банковском счете восемьдесят пять центов. Для меня не важно, чем кончится дележ, мне повезет, если я к тому времени сумею сохранить свои восемьдесят пять центов. — Так нельзя подходить к проблеме, — сказал Суинни. — Нельзя смотреть на мир с позиций восьмидесяти пяти центов. — Разве я получу Грецию? — спросил Люббок, угрожающе ткнув огромным указательным пальцем в сторону Суинни. — Разве Ди Калько получит Китай? — Да кому он нужен этот твой Китай?! — ликующе воскликнул Ди Калько. — Мы же получим только… — мрачно продолжал Люббок, — Я, ты, Суинни и Буффало Билл… — Я же вас просил! — сказал бармен. — …мы получим новые неприятности. Рабочий люд всегда получает только неприятности. — Люббок вздохнул и печально посмотрел в потолок; а остальные, тем временем, допили свое пиво. — Все военные стратеги согласны в том, — эту фразу он произносил с особой гордостью, — согласны в том, что для атаки на позицию, защищаемую одним человеком, требуется, по меньшей мере, четыре солдата. — К чему это ты? — спросил Суинни. — Боевые действия будут происходить в Европе, Азии и Африке, — нравоучительным тоном, нараспев произнес Люббок, — и ни коим образом напрямую не затронут бара мистера Уильяма Коди. — Ничем не могу помочь, — саркастически бросил бармен. — Я изучил ситуацию, — сказал Люббок, — и пришел к выводу, что американцы потеряют в четыре раза больше людей, чем другие. Это само собой разумеется. Здесь они нас атаковать не станут. Разве не так? Наступать будем мы. Четверо на одного! — он яростно стукнул кулаком по столу и с непоколебимой уверенностью закончил: — И вот мы, четыре тупоголовых чурбана пойдем умирать, чтобы выковырнуть из окопа единственного голландца. Так говорит военная стратегия! — Не так громко, — несколько нервно сказал бармен. — Жильцы этажом выше меня недолюбливают. — Но хуже всего… — гаркнул Люббок, ожегши присутствующих яростным взглядом, — … но хуже всего то, что, оглядываясь по сторонам, я вижу, что в мире полным полно безнадежно тупых выродков вроде Суинни, Ди Калько и Уильяма Коди! — Следи за своим языком, — прорычал Ди Калько. — Следи за речью! — Гитлера надо побить! — заорал Суинни. — И это факт непреложный! — Гитлера надо побить! — крикнул Люббок и, вдруг перейдя на хриплый шепот, продолжил: — Вы можете спросить, а почему, собственно, возникла необходимость его побить? Отвечу. Во-первых, потому что невежественные и несчастные тупицы вроде вас вознесли его в небо и там оставили. Во-вторых потому, что, слегка опомнившись, они отправились в него стрелять. И, в-третьих, в силу того, что некоторые идиоты разводят дискуссии, потягивая пиво в барах. — Не надо меня обвинять, — обиделся Суинни. |
