Глаза Сивиллы расширились.

— Учителем музыки? А твою маму растила леди Илейн Оделин? Смело.

— Она была смелой женщиной, — я снова пожелала знать ее лучше.

— Она любила его?

— Да, — это было видно в тех словах, что она написала о нем.

— Это должно было помочь. И музыкант тоже. У них бывает тоже кровь Певчей, кстати, — она посмотрела на меня. — Может, потому ты так сильна.

— Возможно, — я всегда думала, что моя магия передана мне от матери. Было странно думать, что и отец был с этим связан.

— В общем, теперь ты видишь, почему Совет ищет тебе правильного мужа. Если ты выйдешь не за того, у твоих дочерей тоже будет половина силы, а то и не будет силы. Для них это будет ужасно.

— А если у меня будут только сыновья? Совет об этом подумал?

— Думаю, они будут ждать от тебя дочери, как от королевы ждут сына. Но, да, порой у Певчих есть только сыновья, а то и нет детей. Это расстроит Совет, — она задумчиво добавила. — Бывало, правда, что Певчая без дочерей могла передать силу мужчине с кровью Певчей. Мама рассказывала, что иногда Певчие так передавали силу своим сыновьям. Но больше такого не случается. Видимо, это тоже было утеряно.

— Певчие-мужчины? — я покачала головой, не зная, верить ли этому. — Никогда о таком не слышала.

— Потому что они не существуют, — сказала Сивилла. — У мужчин сила проявлялась иначе. Они не чаруют песнями, а становятся магами. Очень сильными магами. Так мама говорила, — она вздохнула. — Но не всем ее словам можно верить. Часть подслушана, а остальное… у нее были странные друзья, если можно так сказать.

— О? Кем они были? — я пыталась звучать так, словно мне было все равно, но я помнила слова Ната, шепчущие в моей голове: она с мамой жила на континенте… никто толком о ней не знает…

— Какими они были? — Сивилла скривилась. — Гадалки, читатели карт, пророки и даже пара алхимиков. Если они говорили, что у них есть магия, мама уделяла им время. Но, когда вопрос касался Певчих, мама сама была экспертом. Не только из-за связи семьи, но и потому, что изучала их.

Сивилла придвинула ко мне пирожные, я уцепилась за слово:

— А какие эти алхимики?

Она улыбнулась.

— Нудные. Все время говорят о своих металлах и преобразованиях, всем прочем. И постоянно тянули из мамы деньги на эксперименты. Они бы убили, чтобы добраться до тигеля сэра Исаака. Я была очень рада уехать оттуда.

— И теперь ты снова окружена алхимиками.

Она издала смешок.

— Точно. Похоже, это моя судьба. Хотя алхимики здесь куда интереснее, чем те, что преследовали маму. Жаль, что они потеряли тигель, — она коснулась рукава. — Ты правда будешь искать его за них? Так говорила тетя Горинг.

— Этого от меня ждут, да, — я осторожно подбирала слова, стараясь не показывать слабость. — Они надеялись, что я быстро найду его, но мои песни… они не так работают.

Сивилл сочувственно кивнула.

— Помню, бабушка говорила мне, что лучшие песни для поиска были утеряны. Люди-то думают, что Певчие умеют все. Они не понимают, что у нашей магии есть пределы, — она замолчала. — Я про магию Певчих, конечно.

— Совет точно не понимает, — сказала я.

— Ты пыталась только песнями? — спросила Сивилла. — Ничем другим?

Я села ровнее. Странный вопрос.

— А что еще можно сделать? — медленно спросила я.