После получаса безрезультатных попыток я сказала:

— Думаю, пора остановиться.

— Шшш! — Сивилла прижала палец к губам.

Я подумала, что она хочет, чтобы я дальше работала. Но я слышала то же, что и она: крики вдали разносились по коридору за дверью.

— Они ищут нас, — сказала Сивилла.

Я встала.

— Нам лучше спрятаться.

— Нет, — Сивилл схватила сверток, вылила воду из миски в большую вазу у окна. — Мы все уберем и уйдем.

— Уйдем?

— К тем, кто ищет. Лучше выйти, чем быть пойманными здесь, — она сунула миску в сверток и спрятала его в шкаф. — Можно сказать им, что ты услышала звук за дверью и нашла меня, ходящей во сне. И шла за мной, чтобы я не навредила себе.

Неплохо. Я была удивлена, что она так быстро это придумала.

— Идем, Люси, — ее рука была на ручке двери. — Если они найдут нас здесь, найдут вещи. Это будет сложно объяснить.

Крики в коридоре стали громче. Но они не были связаны с нами.

— Король! Король!

Мы с Сивиллой переглянулись. Габриэль выбежал из-за угла и столкнулся с нами.

— Певчая, мисс Дэшвуд, вы слышали? На короля напали!

— Напали? — повторила я. Ужас охватил меня.

— Да, — сказал Габриэль. — Кто-то пытался удавить его.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

НАПАДЕНИЕ И ЛОЖЬ

— Кто-то душил короля? — Сивилла была в ужасе, но могла говорить. Мой голос покинул меня, я видела перед глазами, как король и королева душат друг друга.

— На него напали удавкой, судя по виду, — сказал Габриэль. — Повезло, что он жив.

Король выжил. Сивилла была рада, как и я. Она была готова расплакаться.

— Вы уверены? — спросила она. — Вы его видели?

— Да, — Габриэль говорил важнее обычного. — Я проснулся от воя, а когда вышел посмотреть, что не так, увидел, как они тащат короля на носилках. На миг я подумал о худшем, а потом услышал хрип его дыхания. Он уже может сидеть, ему помогают королевский лекарь и Рэкхем. А теперь приказали всех разбудить и допросить.

— Король не знает, кто это сделал? — сказала я.

Габриэль покачал головой.

— Он что-нибудь помнит? — спросила Сивилла.

— Он толком ничего не говорит, горло болит, — сказал Габриэль. — Но он может писать, на него, похоже, напали на обратном пути с поздней встречи с Рэкхемом и Роксбургом. Рэкхем говорит, что встреча состоялась, он получил отчеты, что Боудикка с двумя тысячами последователей идет, как с армией. Он хотел, чтобы король отдал приказ напасть, но король не стал. Он не верит, что женщина может навредить им. После споров король ушел, по словам Рэкхема. А дальше уже описал сам король. Он сказал, что шел в комнату, услышал стук за дверью на восточной стороне замка. И он пошел посмотреть.

— Сам? — удивилась Сивилла. — Он не вызвал никого?

— Нет, — сказал Габриэль. — У него был кинжал. Этого хватало.

Глупо, но кто мог его винить? Его жизнь была утомительным кругом встреч, переговоров и компромиссов, так что идти с кинжалом после спора с Рэкхемом ему явно было приятно.

— Сначала все было хорошо, — продолжал Габриэль, — а потом он увидел в свете свечи, что панель немного отстала. Он нажал на нее, и маленький шкафчик открылся в стене, а там был тигель.

— Тигель! — я была потрясена.