— Не нужно, — сказал он, но она уже ушла, оставив нас в саду.

— Король прислал тебя? — спросила я. Генри сказал, что пришлет посланника, если подумает, что я в опасности, или если я ему понадоблюсь.

— Король? Нет. Я пришел сам, как только смог.

Как только смог? Прошло три месяца.

— Ты был очень занят?

— Можно и так это назвать, — сказал Нат. — Я провел четырнадцать недель, запертым в доме Рейвендона.

Так он не пытался меня избегать.

— Зачем…?

— Бумаги Скаргрейва, — сказал он. — Комната за комнатой. Король подумал, что там может быть что-то о защите королевства, и он захотел, чтобы их изучили быстро и в тайне, и он назначил меня делать это.

— Почему тебя? — спросила я, не подумав, как это прозвучит. Я смущенно добавила. — То есть, конечно, никто лучше бы не…

— О, я уверен, есть сотни лучше меня, — улыбнулся он. — Меня порекомендовал сэр Барнаби. Ты знала, что он теперь лорд-канцлер?

Я кивнула. Это произошло, пока я еще гостила в Тауэре.

— Он предложил королю мою помощь, и я согласился, не успев понять условия. Оказалось, что нам пришлось жить под стражей, и мы ни с кем не могли общаться. Я не мог даже Пенебриггу сказать, куда я пропал.

— Ужасно.

— Приятно снова быть на свободе. И не видеть очередные документы.

— Что в них было? — спросила я.

— В основном, признания, — серьезно сказал Нат. — Его жертв. Тысячи и тысячи признаний, спрятанных в склепе.

— И ты все их прочитал? — спросила я.

— Достаточно, чтобы понять, чем они были.

— И где они теперь?

Нат поднял взгляд к небесам.

— Странно, что ты это спрашиваешь. Некоторые из советников короля хотели сохранить их на случай мятежа. Но кто-то пробрался в склеп и устроил там пожар. Больше ничего не сгорело, склеп каменный, отделен от здания… но все эти признания утеряны.

Я слабо улыбнулась Нату.

— И они не знают, кто это сделал?

— Нет, — ответил улыбкой Нат. — К счастью, король не очень расстроился из-за этого, и он не хотел расследовать дальше, так что нас отпустили. И я отправился в путь.

— Ты отправился сюда? — удивилась я.

— Сначала я проверил Пенебригга. Ему стало лучше, голова его почти не беспокоит. А потом я ушел. Я подумал, что на путь уйдет пять дней, но справился за четыре.

— Если ты был четыре дня в дороге, то точно проголодался, — я посмотрела на дом. Норри долго возилась с едой.

— Я в порядке. Но хватит обо мне, — сказал Нат. — Я хочу знать о тебе.

— Что ты хочешь знать?

— Все?

— Я в порядке, спасибо, — настороженно сказала я. — Приятно снова быть у моря.

— А магия?

— Тебе-то что? — вопрос прозвучал резко, а голос враждебно.

— Что-то не так?

Я отвела взгляд.

— Почему ты так подумал?

— Выражение твоего лица, — сказал он. — То, как ты стоишь. Все в тебе.

Нату не требовалась магия, чтобы читать меня. Я не могла говорить.

— Люси, в этом проблема? Ты все еще не слышишь музыку? — его голос был напряжен, словно от моего ответа многое зависело.