Loading...
Изменить размер шрифта - +
-- Куда! дедушка бунтовал. Нет, да и только! Бабушка не знала, что делать.
       С нею был коротко знаком человек очень замечательный. Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного. Вы знаете, что он выдавал себя за вечного жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая. Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион; впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе человек очень любезный. Бабушка до сих пор любит его без памяти и сердится, если говорят об нем с неуважением. Бабушка знала, что Сен-Жермен мог располагать большими деньгами. Она решилась к нему прибегнуть. Написала ему записку и просила немедленно к ней приехать.
       Старый чудак явился тотчас и застал в ужасном горе. Она описала ему самыми черными красками варварство мужа и сказала наконец, что всю свою надежду полагает на его дружбу и любезность.
       Сен-Жермен задумался.
       "Я могу вам услужить этой суммою, -- сказал он, -- но знаю, что вы не будете спокойны, пока со мною не расплатитесь, а я бы не желал вводить вас в новые хлопоты. Есть другое средство: вы можете отыграться". -- "Но, любезный граф, -- отвечала бабушка, -- я говорю вам, что у нас денег вовсе нет". -- "Деньги тут не нужны, -- возразил Сен-Жермен: -- извольте меня выслушать". Тут он открыл ей тайну, за которую всякий из нас дорого бы дал...
       Молодые игроки удвоили внимание. Томский закурил трубку, затянулся и продолжал.
       В тот же самый вечер бабушка явилась в Версали, au jeu de la Reine2). Герцог Орлеанский метал; бабушка слегка извинилась, что не привезла своего долга, в оправдание сплела маленькую историю и стала против него понтировать. Она выбрала три карты, поставила их одну за другою: все три выиграли ей соника, и бабушка отыгралась совершенно.
       -- Случай! -- сказал один из гостей.
       -- Сказка! -- заметил Германн.
       -- Может статься, порошковые карты? -- подхватил третий.
       -- Не думаю, -- отвечал важно Томский.
       -- Как! -- сказал Нарумов, -- у тебя есть бабушка, которая угадывает три карты сряду, а ты до сих пор не перенял у ней ее кабалистики?
       -- Да, черта с два! -- отвечал Томский, -- у ней было четверо сыновей, в том числе и мой отец: все четыре отчаянные игроки, и ни одному не открыла она своей тайны; хоть это было бы не худо для них и даже для меня. Но вот что мне рассказывал дядя, граф Иван Ильич, и в чем он меня уверял честью. Покойный Чаплицкий, тот самый, который умер в нищете, промотав миллионы, однажды в молодости своей проиграл -- помнится Зоричу -- около трехсот тысяч. Он был в отчаянии. Бабушка, которая всегда была строга к шалостям молодых людей, как-то сжалилась над Чаплицким. Она дала ему три карты, с тем, чтоб он поставил их одну за другою, и взяла с него честное слово впредь уже никогда не играть. Чаплицкий явился к своему победителю: они сели играть. Чаплицкий поставил на первую карту пятьдесят тысяч и выиграл соника; загнул пароли, пароли-пе, -- отыгрался и остался еще в выигрыше...
       Однако пора спать: уже без четверти шесть.
       В самом деле, уж рассветало: молодые люди допили свои рюмки и разъехались.
       
      

    II
      

    II parait que monsieur est decidement pour les suivantes.
Быстрый переход