К ним шел… всего лишь механический мул.

Но это только на первый взгляд «всего лишь». А на второй…

Что-то там у него под животом было привязано… Или пристегнуто… Или просто… держалось само?!

Мул пересек границу тьмы. Вошел в пыльно-медвяные, послеполуденные солнечные лучи. Железная спина озарилась светом, но под его широким брюхом лежала густая тень.

Василиса прищурилась.

Что-то ей сильно не нравилось в этой знакомой вроде бы фигуре шестилапого кибера.

Но что?

Почти вся поклажа висела на муле там же, где ее и закрепили в самом начале похода. И дураку было ясно, что ни гранаты, ни сетемёты никому из охотников не пригодились — просто не успели! То же касается и перекуса (в числе прочего мул нес мешок бутербродов и термосы)…

«Но что же у него, леший его возьми, под животом?! Никак понес от пещерной чуди, пока по лабиринтам шлялся?!»

Василиса вновь присела на корточки. И… ахнула.

Вцепившись всеми шестью когтистыми лапами и свив длинный хвост спиралью, под брюхом механического мула распластался василиск!

Не опознать зверя Василиса, которая ухаживала за таким же несколько недель, не могла при всем своем желании. И поза, и положение головы, и злой блеск хитрых изумрудных глазок — всё это говорило: тварь в настроении для пакостей.

— Там василиск! — истошно заорала муромчанка.

— Чего-о? — не понял дядя Толя.

— Там! Под мулом! Он прячется от солнца!

— Грёбаный экибастуз!

К счастью, дядя Толя нашел оружие сразу. Сбоку от пилотского кресла, в специальной железной кобуре покоился могучий охотничий карабин калибра 12 мм.

Дядя Толя вскинул оружие к плечу, дослал патрон и прямо сквозь лобовое стекло пилотской кабины (глухо хлопнув, оно нехотя брызнуло в жаркие солнечные лучи сотней колдовских призмочек) послал пулю прямо в голову механическому мулу.

Со второго раза он даже попал.

Мул произнес три фразы на дефолтном английском и околел. Что в его случае означало — остановился.

Остаток обоймы дядя Толя сгоряча высадил по невидимому василиску. Хотя умнее было бы покинуть кабину и стрелять из положения лежа.

В итоге он перепортил стрельбой лобовое стекло, в муле что-то заискрило, взялось дымком, а проклятая тварь нисколько не пострадала.

— Дядя Толя, опять мимо! — крикнула девушка, когда в стрельбе образовалась пауза. — Вылазьте из кабины и попробуйте отсюда, от колеса!

— Да я рад бы, — сконфуженно промолвил дядя Толя. — Только патронов больше нет… Разве если сейчас найду что-нибудь в кабине…

В ту же секунду Василиса услышала синтезированный голос — очень похожий на тот, которым говорил акселерированный тигр Гай Титанировая Шкура.

Голос принадлежал василиску, сидящему под мулом.

— Убью… Всех… Сейчас… — отчетливо произнесла тварь.

— Зачем? — не удержалась Василиса.

— Показать… Силу…

— Ты уже показал! Мы верим, что силы у тебя хоть отбавляй! А теперь дай слабым уйти! Таков закон леса!

— Это… Мой… Дом… Я тут закон…

— Я обещаю тебе, мы только заберем раненых — и сразу улетим! — настаивала Василиса.

Ухаживая за зверем, она успела усвоить: василиска нельзя переубедить, его можно только переупрямить, а лучше заставить. Впрочем, тот был обыкновенный, не акселерированный…

— Раненых… Нет… Все убитые… Тебя и мужчину… убью… тоже…

Василиск говорил монотонным вязким голосом без всякой интонации.