Изменить размер шрифта - +

Он рассмеялся:

– Поблизости нет ничего деревянного. Металл и пластик…

– Есть! Вот.

Она схватила его руку и постучала ею о поручень кресла. Он продолжал смеяться:

– Не уверен, что это настоящее дерево. А впрочем, какая разница. Важно верить… Не так ли?

– Конечно… Верить и не сомневаться…

Мэй отпустила его руку и сосредоточила внимание на пирожных. Покончив ещё с одним, она отхлебнула кофе и взглянула на Стива:

– О чем же тебе предстоит спрашивать твоего мультимиллионера?

– Старик подкинул целый список вопросов. Обычная чепуха. Но в неё вкраплены две зацепки. Первая – намерения Фигуранкайна в связи с его последней покупкой. Он недавно приобрёл у правительства Бразилии около ста тысяч квадратных километров амазонской сельвы близ границы с Венесуэлой. Совершенно нетронутые места, недоступные, неизученные и, по‑видимому, почти безлюдные. Покупка загадочная, учитывая её немалую стоимость. И вторая – какой‑то не менее загадочный исследовательский центр или полигон в Африке. Работы там финансируются Фигуранкайном. Именно оттуда, по словам Старика, Фигуранкайн прибывает завтра в Акапулько.

– Конечно, тебе придётся нелегко, милый, – сказала Мэй очень серьёзно, – но я от всего сердца желаю тебе успеха.

– Спасибо…

Стив подозвал официанта и расплатился. Они вышли в прохладный сумрак бульвара. Мэй поёжилась, кутаясь в лёгкий плащик.

– В Акапулько сейчас приятнее, – сказала она жалобно.

Стив молча взял её под руку и провёл за угол к своей машине:

– Ко мне?

– Лучше отвези меня домой, Стив.

– О’кей.

Резко взяв с места, «форд» круто развернулся у перекрёстка и вклинился в поток машин, медленно плывущих к центру по бульвару Санта‑Моники.

Ехали молча. Стив напряжённо думал о чём‑то, покусывая губы. Мэй пыталась привести в порядок волосы, растрёпанные ветром; из‑под поднятого локтя поглядывала встревоженно на посуровевшее лицо Стива. Машин на бульваре становилось все больше.

– Ну‑ну, драгоценный город, – пробормотал Стив, когда пришлось затормозить у очередного светофора. – Даже вечером ползёшь, как муха в джеме.

– И всё‑таки он хорош, наш Лос‑Андж, – шепнула Мэй, прижимаясь головой к плечу Стива, – люблю его, Стив. Очень… Даже его бестолковую планировку, пробки на автострадах, его смог и… неспокойную землю… Кажется, не могла бы жить в другом городе. А ты разве не любишь его? Ну, скажи…

– Отчасти, – проворчал Стив, трогаясь с места.

За Китайским театром они выбрались из потока машин и поехали быстрее. Потом Стив свернул с бульвара и углубился в плохо освещённые кварталы Лаурел‑каньон, где жила Мэй. Улицы становились все круче; наконец, «фордик» Стива одолел последний подъем и на Юкка‑авеню резко затормозил у одного из подъездов большого высотного дома. Здесь на двенадцатом этаже находилась маленькая квартирка Мэй.

– Я зайду?.. – полувопросительно бросил Стив, помогая Мэй выбраться из машины.

– Как хочешь, но… Сегодня табу, милый… И кроме того, тебе ещё надо собраться…

– Ладно, – сказал он, приглаживая волосы. – Тогда до завтра, до утра. Я заеду за тобой в семь. А потом прямо из аэропорта ты отведёшь машину в мастерскую папы Джулиано. Он обещал все сделать до моего возвращения.

– И я смогу потом воспользоваться ею?

– Конечно, как только он кончит ремонт.

– До завтра, Стив, – шепнула Мэй, приподнимаясь на носки, чтобы поцеловать его.

Он поднял её, как ребёнка, и крепко прижал к себе.

Быстрый переход
Мы в Instagram