Манди грузно опустилась на стул и запричитала:

– О боже, боже мой! Теперь мне еще страшнее за тебя, солнышко! Что же ты наделала?!

Блисс наклонилась к старой негритянке и положила ладонь на ее руки.

– Ты уже видела Брайана, Манди?

Та кивнула и озабоченно нахмурилась.

– Ты говоришь о сыне виконта? Да, я видела его. Он сказал, что ты – ею мама. Бедняжка, ему так нужна мать! А свою он, видно, давно потерял. Так ты вышла за виконта из-за мальчика?

– Отчасти. Понимаешь... Как бы тебе это объяснить... Брайан на самом деле мой сын! Это тот мальчик, которого мой отец отнял у меня сразу после рождения и сказал, что он умер.

Манди посмотрела на Блисс совершенно сумасшедшими глазами.

– Ничего не понимаю, солнышко. Бред какой-то! А почему тогда виконт выдает Брайана за своего сына?

Блисс снова глубоко вздохнула.

– Скажи, ты помнишь Гая Янга? Того молодого парня, за которого я вышла семь лет тому назад против воли отца?

– Конечно, солнышко. Очень даже хорошо помню. Он был отцом твоего ребенка. А потом умер – совсем молодым, бедняжка!

– Так вот. Гай Янг не умер, Манди. Я расскажу тебе все, только ты никому не говори об этом, если не хочешь, чтобы моя жизнь снова разрушилась. Теперь слушай. Гай не умер. Он бежал из тюрьмы, а вместо него на кладбище зарыли совсем другого – того, кто пытался убить его в Калабосо. В той драке Гай потерял глаз. А знаешь, кто подослал убийцу? Джеральд Фолк! Не знаю, приложил ли к тому делу руку мой отец, но со временем узнаю и это. После тюрьмы Гай стал пиратом. Мы встретились с ним, когда я оказалась в плену у Гаспариллы. Вот это действительно страшный человек, Манди. Я до сих пор вспоминаю о нем с ужасом.

И представь себе, я тогда не узнала Гая – мужчину, за которым была когда-то замужем! Среди пиратов он был известен под именем Охотника. Но сейчас он решил бросить пиратский промысел и зажить нормальной, спокойной жизнью. Ведь теперь мы все наконец нашли друг друга! А титул виконта он когда-то купил, и Хантер – его законное имя.

– Неудивительно, что ты его не узнала, – задумчиво произнесла Манди. – Он так изменился, что его и родная мать не признала бы! Но мне до сих пор непонятно, что произошло с Брайаном. Откуда ты-то сама узнала про мальчика?

Блисс коротко поведала Манди всю свою историю – с самого начала и до того дня, когда она вновь обрела свободу.

Манди слушала ее, не перебивая, и только смотрела на Блисс своими огромными, удивленными, похожими на спелые сливы глазами.

– Просто голова кругом идет, солнышко! – сказала она, когда Блисс закончила свой рассказ. – Так ты говоришь, что на самом деле виконт – это пират по имени Охотник и он же при этом настоящий Гай Янг? И Брайан, стало быть, его сын – так же, как и твой. И сегодня ты вышла во второй раз за человека, за которого уже выходила семь лет тому назад вопреки воле отца. Постой, постой... О боже! Так, значит, тот ребенок, которого ты носишь в животе... он тоже от виконта? То бишь от Охотника. То есть от Гая Янга... Ну и ну!

Блисс нежно погладила Манди по руке.

– Я понимаю тебя, Манди. У меня у самой голова кругом идет. Я знаю теперь только одно: я жду ребенка от своего законного мужа, и с нами наконец наш сын, Брайан, которого я уже не надеялась найти. Я просто не верю своему счастью, Манди.

– А как же с мистером Джеральдом? Ему все это не понравится. Да и твоему отцу тоже. Мне-то хорошо известно, что они с мистером Джеральдом давным-давно успели наделать долгов под твое наследство.