Две пиратские команды разместили на разных кораблях. Феликс заметил, что Голди успела подружиться с капитаном «Бесстрашного». Она — со свободными руками! — прогуливалась по палубе и очаровательно смеялась его остроумным шуткам. Ее хрустальный смех далеко разносился над водой. Остальная команда «Врага» была далеко не так весела — их всех заковали в кандалы.

Актеры-пираты, по наблюдениям Феликса, тоже содержались под стражей, но их связали веревками, а не заковали в железо.

А еще Феликс видел Свина и Планкветта. Пес стал любимцем всей команды, а попугай восседал на снастях, будто разноцветный флаг.

Курочек-несушек с «Незваного гостя» военные тоже забрали себе.

Артию он видел лишь изредка, мельком.

Запястья у нее были стянуты веревкой, но в остальном она была свободна и расхаживала по палубе «Неуязвимого», гордо подняв голову. Она улыбалась и раскланивалась со своей командой и с попадавшимися ей навстречу морскими офицерами, будто королевская особа, принимающая комплименты. Они весело смеялись над ее шутками.

У Феликса заныло сердце.

Оно болело так сильно, что он потерял сон, и вкусный обед за капитанским столом не лез ему в горло, так что офицеры встревожились за него и стали носить ему из кладовой всяческие вкусности.

Сердце болело так же, как после смерти отца. Хотя — не совсем так.

— Приветствую вас, мадемуазель. Поскольку вы женщина, я не стану запирать вас в трюме с вашими людьми. Можете занять свободную каюту под полубаком. Вас будут содержать под замком, но в помещении не станут связывать руки.

Артия поблагодарила его. Точно так же, как поблагодарила бы Молли (в спектакле). Потом сказала:

— Но, кроме того, сэр, я прошу вас обращаться с моими людьми вежливо.

— Они пираты, мадемуазель! Вы пиратская команда! Известия о ваших бесчинствах в Дальних Морях гремят по всей Ангелии!

— Моя команда не убила ни одного человека, не потопила ни одного корабля!

Капитан удивленно взглянул на нее. Он был немолод, обветренное лицо не лишено привлекательности.

— Гм, — с сомнением протянул он.

— Сэр, хочу также напомнить вам, что я и вся моя команда являемся актерами. — Она решила не исключать из этого списка и Глэда Катберта. — Мы сделали себе имя много лет назад в популярном спектакле. Моей матерью, сэр, была Молли Фейт… — Артия хотела пояснить, кто такая Молли, но тут же поняла, что в этом нет нужды:

— О, тысяча дельфинов!… Ваша мать — знаменитая Молли Фейт?!

—  Да, капитан. Пиратика.

— Да-да, конечно, Пиратика! — прошептал капитан, сияя. — Я видел этот спектакль много раз. У меня дома, в Ангелии, хранится афиша, подписанная собственной рукой Молли Фейт. Ваша мать была замечательной актрисой!

— Благодарю вас. Моя мать, сэр, и вправду была великолепна. Но если вы видели ее в роли Пиратики, то не могли не видеть и всех нас — меня и моих людей, за исключением, может быть, двоих или троих…

Капитан встал и пожал Артии руку.

— Да, видел. Теперь я вспомнил. И еще я узнаю Молли Фейт в вас, капитан Стреллби. Теперь слушайте. Мне ничего другого не остается, кроме как отобрать у вас оружие и связывать руки, когда вы гуляете по палубе. С вашей командой будут обращаться так же. Но веревки будут достаточно длинными, чтобы не мешать вам. А внизу есть просторное помещение с койками, и ваши коллеги могут поселиться там. Обедать будете на палубе, вместе с остальными. А если мои офицеры станут возражать, пусть катятся ко всем чертям.