– Не было ли среди знакомых Элзи или Лонго человека по имени Аболер. Он швейцарец.

– Не помню такого.

– А имя Феттони вам о чем-нибудь говорит?

– Да. Так звали официанта в ресторане «У Морелли». Мы с мужем там часто обедали. Я считала Феттони человеком очень обходительным. – Увидев появившееся на лице Джорджа скептическое выражение, миссис Пиннок грустно улыбнулась: – По-видимому, я ошиблась и в нем?

– Возможно. Впрочем, его уже нет в живых. Итак, большое спасибо за откровенность. Вы нам очень помогли, и мы это ценим. А снимки я вам верну. Да, кстати, – Джордж остановился уже на полпути к двери, – какое впечатление сложилось у вас о мистере Уилере, что приходил к вам давным-давно? Он мой коллега.

– Ужасный человек. Зануда. Расспрашивал только о Винеску.

– Потом его убили. Сбросили с поезда.

– Неужели? – Она улыбнулась. – Возможно, он стал приставать с расспросами к кому-нибудь в вагоне и получил по заслугам. Нет, мистер Конвей, такой человек не делает чести вашей профессии – если это и впрямь ваша профессия. – Миссис Пиннок рассмеялась. – Не тревожьтесь, мистер Константайн. Я, видите ли, много читаю, а все Пинноки наделены исключительной памятью. У меня на книжной полке стоит экземпляр «Граней Амазонки» с довольно неудачной вашей фотографией на суперобложке. Может быть, перед уходом вы для меня оставите на нем автограф?

Глава 4

Возвращаясь из Танбридж-Уэллза, Джордж поссорился с Николя. Памятуя о судьбе Уилера, он понимал: поиски Скорпиона – дело опасное, а потому не желал брать Николя с собой в Париж. Она же хотела ехать непременно, заявляя, что в крайнем случае отправится туда одна. Настаивала и совершенно искренне была убеждена, что в этой игре ее ставка гораздо выше ставки Джорджа. Да и вообще – неужели он принимает ее за ребенка, не способного постоять за себя?

С таким энергичным отпором Джордж совладать не смог. Увидев, как засверкали глаза Николя, как она упрямо выпятила подбородок, он понял: о том, чтобы она передумала, не может быть и речи.

В Париж они улетели на следующее утро. Места в самолете забронировал Сайнат через свою фирму. Он же предложил воспользоваться машиной, которую постоянно держал в Париже для поездок по Европе. А еще предложил передавать новости о поисках Скорпиона Дину, Наде Темпл и Джону Берни. Мало того, Сайнат перевел на имя Джорджа и Николя крупную сумму в «Банк де Франс». Словом, сделал для них все возможное.

В качестве меры предосторожности было решено всем четверым – Сайнату, Берни, профессору и Наде Темпл – послать деньги Скорпиону, словно ничего не случилось. Это было неприятно, однако нужно сделать. Ведь если бы он не получил их, а Джордж вышел на него, Скорпион сразу мог догадаться, на кого Константайн работает. Между тем было совершенно необходимо, чтобы вымогатель не подозревал как можно дольше, что его выслеживают, или, по крайней мере, не смог определить, откуда исходит опасность. Ведь узнай Скорпион имена тех, кто стоит за Джорджем, он тотчас пригрозил бы им обнародованием компрометирующих документов. И риск потерять четыре солидных источника дохода его бы не остановил.

Существовала и еще одна проблема, связанная непосредственно с Джорджем и Николя. Скорпион явно знал, что Константайна воспитал Дин. Наверняка было ему известно и то, что в жизни Надя Темпл носит фамилию Мид, так легко устанавливалась ее связь с Николя. И снова на выручку пришел Сайнат. Он дал Джорджу координаты одного парижанина, способного снабдить Константайна и Николя поддельными британскими паспортами, вполне пригодными для регистрации в любой французской гостинице. Бизнесмены, пояснил сэр Александер, частенько желают путешествовать инкогнито, а разве можно сохранить его, если приходится предъявлять паспорт всякий раз, когда вселяешься в гостиницу? Поддельные паспорта тщательной проверки не выдерживали, однако любопытство портье или местной полиции удовлетворяли вполне.