– Если они хорошо знают эти пещеры, то должны были давно от нас оторваться, – продолжала удивляться Ласточка. Она остановилась, схватившись за бок и тяжело переводя дух. – Идите, я догоню… ох…

Луния склонилась над ней.

– Я тебя понесу! Когда догоним, ты всё равно понадобишься, чтобы с ними говорить.

Не став спорить, Ласточка вскарабкалась на драконью спину, и погоня продолжилась.

Коридор плавно спускался, и каждый поворот уводил драконов всё глубже в недра земли. Луния уже невольно гадала, вернутся ли они когда-нибудь к своим. Что скажет Небо, если его любимый человечек навеки сгинет в этом жутком лабиринте?

Внезапно она различила впереди слабое зеленоватое мерцание и… что это, шёпот? Стук драконьих когтей по каменному полу заглушал прочие звуки, и сказать наверняка было трудно. Однако необычный свет делался всё ярче, и наконец впереди открылась зловещая гулкая пещера с чащей сталактитов на потолке.

За широкой площадкой, усеянной валунами, зияла пропасть. Изломанная рваная рана с острыми зазубренными краями уходила вниз и вниз, в самое сердце земли, и эта жуткая глубина вызывала боль в глазах.

Вот она, Бездна!

Никаких сомнений не оставалось: разве могла быть в целом свете пропасть глубже и страшнее, чтобы сказать о ней, мол, здесь бездна, а там вроде как не совсем? Пророчество ночной драконихи могло указывать только на это место, оно казалось созданным из кошмаров многих поколений драконов.

Похитители стояли на самом краю провала, с ними был и малютка Икар. Человек в кожаной одежде, украшенной перьями, присел рядом со связанным дракончиком, достал нож и принялся разрезать сеть.

– Осторожно, не порань его! – крикнула Луния, замерев на месте.

Человек с ножом обернулся к ней, затем крикнул что-то другому. Тот покачал головой.

– Она велела ему убегать, но он не хочет её бросить, – перевела Ласточка. – Знаешь, мне кажется, Икарчик был приманкой – это ловушка для нас!

Луния опасливо огляделась. Её собственный огнешёлк и зеленоватое свечение Бездны достаточно освещали каменистую площадку, но ни других людей, ни волосатого чудища видно не было, как и расставленных сетей или других признаков западни. Сверчок с Брионией либо заблудились по дороге, либо не успели ещё добежать.

– Неважно, – бросила Луния, – главное – вернуть Икара.

Ей было страшно видеть малыша так близко к краю жуткой пропасти. У него же ещё нет крыльев! Что, если он вдруг туда упадёт? Луния невольно зажмурилась.

Ласточка соскользнула с её спины и шагнула вперёд. Показав пустые ладони в знак мира, заговорила на языке людей, и похитители застыли, с опаской косясь на дракона.

– Ну вот, – вздохнула она, – теперь тебе надо выглядеть как можно свирепее. Я попробую их уговорить, но будет легче, если ты их как следует напугаешь.

Сделав ещё шаг к людям, Ласточка продолжила свою речь, и на этот раз получила ответ от незнакомки, затянутой в кожу.

Как же их напугать? Луния приподняла крылья, чтобы казаться крупнее, и грозно нахмурила лоб. Хмурые драконы всегда казались ей страшнее. Люди меж тем обменивались репликами, которые звучали довольно сердито.

Что бы ещё такого придумать? Ах да, совсем забыла про свой огонь! Она приподняла переднюю лапу и выпустила ослепительное дымящееся волоконце.