Держись, Икарчик!

Стремительному падению, казалось, не будет конца. Луния помогала себе крыльями, но догнать Хранителя или хотя бы сократить дистанцию не получалось.

Зачем он это сделал? Что нужно Бездне от Икара? Он же ещё такой маленький!

Зеленоватое свечение всё разгоралось, заполняя целиком поле зрения, и наконец совершенно поглотило очертания человека и дракончика. Причудливо мерцающие переливы ослепляли, мешая понять, сколько ещё продлится падение… и вдруг оно закончилось.

Отчаянно замахав крыльями, Луния еле успела зависнуть в воздухе, чтобы не врезаться в спутанную чащу лиан, заполнявшую дно пропасти. Они сплетались клубками, будто хищные змеи в гнезде, и толщину зарослей не получалось даже прикинуть на глаз.

Зелёное свечение исходило от листьев этих лиан и влажного мха, окутавшего стены провала. Всё было видно, и огнешёлка уже не требовалось, но Луния всё равно была рада источнику тёплого золотистого света у себя на рогах.

Она осмотрелась вокруг, но нигде не заметила ни уродливого волосатого человека, ни малютки-шелкопряда.

– Икар! – позвала она.

Густые заросли должны были смягчить удар, но где же тогда дракончик? Как мог он исчезнуть так быстро?

Ага, вот он, след падения! Сломанные побеги, мятые листья… Она подлетела ближе и вгляделась, стараясь не коснуться лиан. Казалось, зловещее растение только того и ждёт, чтобы обвиться вокруг её лап и затащить в чащу, а там перемолоть, сожрать и переварить.

Вот оно какое, Дыхание зла. До сих пор Лунии не доводилось видеть его вживую, но изображения на стенах пещерного коридора не оставляли сомнений, как и описания в рассказах Росянки и Сверчок.

– Луния! – раздался за спиной тоненький голосок.

Она взмахнула крыльями, разворачиваясь в воздухе. Прищурилась, разглядывая море листвы, и наконец заметила, где человек перепрыгивал, словно белка, с одного клубка лиан на другой. Цепочка следов вела как раз в ту сторону, откуда донёсся зов дракончика.

Огибая скалистые зигзаги расщелин, Луния устремилась в погоню. Чудовищный Хранитель падал в провал быстрее неё, но теперь человеческие лапы едва ли смогут обогнать драконьи крылья, тем более что бегу мешает тяжёлая ноша.

Как скоро выяснилось, бежать ему пришлось недалеко. Заросли ползучих лиан заканчивались у пещеры в стене провала, а вернее, из неё начинались, расползаясь по дну Бездны в обе стороны. Переплетённые стебли и листва заполняли вход почти полностью, лишь на самом верху оставалась небольшая дыра, куда небольшой дракон или человек с крошечным дракончиком могли протиснуться.

Затаив дыхание, Луния нырнула в дыру, с внутренней дрожью ощущая крыльями и лапами касание листьев и побегов. От лиан, казалось, исходил злобный трепет предвкушения, будто от многотысячной стаи ядовитых ос при виде желанной добычи.

Пещера оказалась вовсе не пещерой. Каменная, сырая, сумрачная, но по размерам и форме скорее парадный зал, чем пещера: гладкие отполированные стены и одинаковые колонны по четырём углам.

В дальнем конце зала возвышался трон, а плети лиан тянулись от того, что сидело на троне.

Луния попыталась запечатлеть зрелище в памяти, чтобы осмыслить, но не смогла. Оно попросту не умещалось в голове. Первая мысль: что за дикий, чудовищный сюжет, такое просто не может существовать, даже на фантастическом, придуманном гобелене, не то что в реальности!

Она ожидала увидеть растение, и оно тут было: мощный стебель поднимался из пола под троном, обвивая его основание.