В тщетной надежде на счастливый исход Тата устроила ревизию. Вдруг «шоу» с ее участием не произвело впечатления? Куда там! Мужик был в восторге.

— Кстати, что может сделать с Линевым воодушевленная тобой барышня? — раздался, как всегда некстати, Внутренний Голос.

«Я сама об этом думаю. Извелась уже совсем», — ответила Тата.

— А если конструктивно? Без соплей?

«Если в этой дуре мощности мало, то Никите ничего не угрожает. Он поиграется и найдет новый объект для эротических капризов. Красотка же разрядится и исчезнет со временем. Второй вариант развития событий много хуже. Сильная фантазия может превратиться в навязчивую идею и тогда эксперта ждут неприятности».

— По твоей вине!

В этот момент в дверь постучали, и бытие голосом Копейкина поинтересовалось.

— Можно к вам?

— Да, конечно, — ответила Тата.

— Вы чем-то огорчены? — спросил с порога Василий Петрович, смерив руководство проницательным взглядом.

— А что заметно?

— Немного.

— Это так, личное. Сейчас возьму себя в руки.

— Хотите, я вас порадую?

— Валяйте.

— Консультант еще точно не решил, но сказал, что мы — интересный случай.

— Что это значит? Он берется или цену набивает?

— Пока думает. Завтра после обеда обещал дать точный ответ.

— Что ж, подождем.

Однако куда с большим нетерпением Тата ждала другого решения Никиты. До десяти вечера консультант, как пай-мальчик вел себя примерно и не вспоминал о ней. Первый тревожный сигнал грянул в четверть одиннадцатого.

«Эта директорша — такая симпатяга…» — долетели до колдовского слуха отголоски чужих мыслей.

На всякий случай, чтобы быть ближе к месту грядущих событий, Тата, оставив человеческую суть коротать время у телевизора, в колдовском воплощении перебралась в квартиру Линева. Через минуту она уж знала: Никита живет один, серьезными отношениями ни с кем не связан, в свободное время пишет книги. Хорошие книги.

Не подозревая о присутствии невидимой гостьи, Никита выключил ноутбук, потянулся и продолжил мысль: «Но характер у бабы…»

С некоторым сомнением Тата нырнула за «объектом» в ванную.

— Зачем ты его разглядываешь? — вмешался немедленно Внутренний голос.

Голый Линев представлял занятное зрелище. Восемьдесят пять килограмм костей и мышц, рельефных и бугристых, в коротком черном волосе грудь и живот. Смуглая кожа в потоке воды. Загляденье!

«Так просто. От нечего делать…» — промямлила Тата.

— Куда уставилась?

«Ну…

— Уймись, сейчас нужна холодная голова и здравый рассудок».

Советчик не ошибся. Никита вошел в комнату. Расстелил постель, лег, закрыл глаза. Тата приготовилась.

«Все-таки она очень красивая женщина, — мысли Никиты стелились плавно, степенно, сонно. — И трахнуть такую было бы очень славно. Но лучше об этом не думать. Особенно на работе. А то сегодня в обед, я так разошелся, что еле остановился. Даже, дурень, придумал для нее имя».

— Таточка, Татуся, — прошептал Никита с нежностью.

Тот час рядом с Линевым появилась фантомиха. Блеклая, с размытыми контурами, она сначала смахивала на приведение из мультика. Но по мере того, как Линев заводился, становилась ярче, отчетливее, еще немного и оживет.