Не забывая следить за выражением ее лица, я одновременно старался, чтобы на моем лице никак не отразились истинные мои намерения относительно дальнейшей судьбы ее дорогого Джеттеро. Графиня Крэк сосредоточенно обдумывала сказанное мной.

— Я соглашусь при одном условии, — наконец объявила она. Я молча ждал продолжения.

— Если вы передадите мне на хранение эти документы, — сказала она, — я приложу все усилия, чтобы уговорить Джеттеро как можно скорее покинуть планету и так же быстро возвратиться обратно.

Это меня ничуть не удивило. Я уже и раньше подумывал о том, что может сложиться такая ситуация, поэтому постарался заранее определить, какую угрозу моему положению она может нести.

Тщательно все взвесив, я пришел к выводу, что опасность минимальна. В известной степени я даже испытывал какое-то злорадное удовлетворение, сознавая, что эти фальшивки графиня будет теперь постоянно иметь при себе. Этим самым я как бы накладывал печать смертного приговора на ее хорошенький лоб. (…)!

— Если, — сказал я, — вы дадите мне честное слово, что не покажете документов Хеллеру, что даже не станете упоминать о них, то я смогу отдать вам их на хранение. Но, — прибавил я строго, — учтите, что тут таится опасность и для вас лично. Документы вышли из двора его величества, и лицо вашего социального статуса рискует жизнью, просто храня их без специального на то разрешения.

— Но ведь существует опасность, — сказала она, — что вы, скажем, сами сможете использовать их не по назначению, так ведь? Поэтому я полагаю, что будет надежнее, если они все-таки будут храниться у меня, не так ли, Солтен? Безусловно, они будут предъявлены только в нужный момент. Я грустно покачал головой:

— Вам следовало бы больше доверять мне. Мне совсем не хотелось бы причинять Хеллеру какой-либо вред.

Ну что ж, она наверняка сама в этом не сомневалась, считая, что ее гипнотическое внушение продолжает действовать. Она взяла у меня непромокаемые конверты, убедилась, что документы попрежнему на месте, закрыла конверты и так ловко приклеила их специальными лентами себе на тело, слегка приподняв край свитера, что снаружи невозможно было обнаружить ни бугорка, ни складочки.

Она пристально поглядела на меня:

— Я должна от всей души поблагодарить вас, Солтен. Вы действительно заслужили благодарность.

С равным успехом она могла бы благодарить меня за то, что я всадил ей нож в спину. Я коротко попрощался и ушел.

Весь обратный путь к Правительственному городу я с трудом удерживался от того, чтобы не расхохотаться вслух и не закричать от радости. Особым праздником для моей души являлось сознание того, что я получил сейчас дополнительную власть над ними. Достаточно моего единственного слова — и ее тут же обыщут, а потом подвергнут пыткам и предадут мучительной казни за хранение фальшивок. Но это вовсе не входило в мои планы. И все-таки одна только возможность такого решения вселяла бодрость. Я с превеликим трудом сдерживал себя, стараясь не давать волю обуревавшим меня чувствам. Мне предстоит еще масса дел. И каких дел! Пока положено только начало!

ГЛАВА 8

Мы направлялись прямо к башням комплекса связи. Общеизвестно, что трудно сыскать на Волтаре место, где потоки транспорта были бы более насыщенными. По воздуху, по земле, на разных транспортных средствах сюда стекались буквально десятки тысяч людей. Они толпились здесь ежедневно, оплачивая счета за связь, добиваясь новых услуг со стороны хоумвизионщиков, дозваниваясь с превеликим трудом до ближних и дальних планет системы, либо просто подавая жалобы на неудовлетворительное обслуживание.