- Но если правда то, что он нам сказал, значит, каждый из этих мужчин уже прошел через две дуэли в турнире. Однако, взгляни - есть ли на них хотя бы одна отметина!

- Ну, несколько повязок я вижу, - прошептал Шенберг. - Но главная причина здесь вот в чем. - Он обдумал свой дальнейший ответ. - Это можно объяснить так: очевидно, здесь у них нет обыкновения вести борьбу верхом на спине какого-то животного. Значит, воины должны перемещаться, полагаясь только на силу своих мускулов. Они просто не могут носить на себе тяжелые доспехи. Поэтому точный удар любым видом оружия должен оставлять серьезную рану, а не просто легкую царапину или синяк. Большинство ранений - серьезные. Первый из противников, ослабленный таким серьезным ранением, почти наверняка становится побежденным. Вот поэтому к следующему кругу победители и не имеют серьезных ранений.

Оба смолкли, так как Лерос посмотрел на них и, похоже, был готов объявить начало состязания. Два воина с оружием наизготовку стояли друг против друга на противоположных концах ринга. Де Ла Торре и Селеста также с интересом наблюдали за поединком.

Лерос прокашлялся и объявил: - Брам Безбородый - Чарльз Прямой!

Суоми, стоявший на вершине скалы рядом с Барбарой Хуртадо и смотревший в сторону арены, был слишком далеко, чтобы слышать слова Лероса, но через бинокль он мог рассмотреть на бойцовском ринге двух мужчин, бросившихся навстречу друг другу с поднятым оружием. В этот момент он отложил бинокль и отвернулся, удивляясь самому себе - как он мог ввязаться в такое противное дело. Для охоты на зверей можно было еще найти или придумать какой-нибудь оправдательный повод, но уж никак не для подобного занятия - а Афина там совсем рядом с рингом и жаждет зрелища.

- Кто-то же должен вести антропологические исследования, - объяснила она ему недавно, готовясь к уходу с Ориона. - Если они на самом деле там сражаются друг с другом насмерть. - Их будущий провожатый, высокий молодой парень в белой одежде, только что рассказал им некоторые подробности о проведении турнира.

- Но ты ведь не антрополог!

- Да, среди нас нет профессионала в этих вопросах. И все же это дело необходимо сделать. - Она продолжила свои сборы, прикрепляя к поясу небольшой аудиозаписывающий аппарат рядом с голографическим.

- Так, может быть, ты еще скажешь, что и Шенберг тоже явился сюда ради антропологических исследований?

- Об этом лучше спроси у него. Карл, если тебе так ненавистен Оскар и ты не в состоянии взглянуть на жизнь без прикрас, зачем ты вообще полетел в это путешествие? Почему ты вынудил меня просить Оскара, чтобы он тебя пригласил?

Суоми глубоко вздохнул. - Мы уже говорили с тобой на эту тему.

- Ну скажи еще раз. Мне хотелось бы это знать.

- Хорошо. Я полетел из-за тебя. Ты для меня самая желанная женщина из всех, кого я знал. Я имею в виду нечто большее, чем просто секс. Конечно, секс тоже сюда входит - но мне нужна и та часть тебя, которая сейчас принадлежит Шенбергу.

- Никакой частью, как ты выразился, я ему не принадлежу! Я уже пять лет работаю у Оскара и я его просто обожаю...

- Обожаешь? За что, хотел бы я знать?

- За то, что он сильный. В тебе, Карл, тоже есть своего рода сила, она особенная и я восхищаюсь этой силой тоже. Оскару я дарю свое восхищение и часто свое общество, потому что мне нравится быть с ним. Мы с ним несколько раз занимались любовью и мне это тоже понравилось. Но я не принадлежу ему. И никому вообще! И не собираюсь никому принадлежать!

- Когда ты себя подаешь, как подарок, никому не принадлежащий, то рано или поздно кто-то приберет его к себе.

- Никому это не удастся!

Брам и Чарльз дрались в этой первой дуэли дня очень осмотрительно - никто пока не отваживался на решительный натиск. Хотя оба они были рослые, Чарльз Прямой выделялся своей худобой и необычайно прямой спиной, очевидно объяснявшей данное ему прозвище. На нем был свободный жакет из тонкой кожи.