До сих пор у всех на устах было имя особенно выдающегося юного падавана, который отказался от дальнейшего обучения и покинул Орден.

– Вашего первого магистра звали Леор Хал? – спросил Оби‑Ван у Шаппы.

Шаппа не оборачиваясь смотрел прямо перед собой, играя желваками.

– Я знал, что вы очень скоро выясните это, – сказал он.

– Он был очень способный ученик, – сказал Оби‑Ван. – Даже после того, как он ушел от нас, все вспоминали его с уважением.

– Его там принимали за слабоумного дурачка, – обиженно заявил Шаппа.

– За идеалиста – может быть, но не за идиота, – возразил Кеноби.

– Да, всем памятна его нелюбовь к любой политической системе и философской организации… это наложило сильный отпечаток на характер жизни зонамских поселений.

– Он набрал добровольцев среди ферроанцев? – продолжил расспрос Оби‑Ван.

– Да. Мой народ всегда был жизнерадостным и верил в независимость и прирожденную доброту. Мы пришли сюда, чтобы уйти от старой жизни и воспитать наших детей в невиданном раньше счастье.

– И когда сюда заявились Далекие Чужаки…

– Это было грубое возвращение к действительности, – вздохнул Шаппа, – Но преемник Судии настоял, чтобы они были вне потенциума. Они ничего не знали о нашей жизни, и мы должны были научить их.

– Как он отреагировал на приезд Вергер?

– Он избегал встречи с ней, ради памяти своего отца, – сказал Шаппа. – Не стал помогать ей. – Но начал производство оружия.

– Да, начал. Он знал, что многие могли неправильно истолковывать учение о потенциуме, а затем попытаются уничтожить нас за отличие от других.

– Что строил первый Судия?

– При нем начали торговать кораблями. Он сказал нам, что нам нужны деньги, чтобы купить огромные сердечники гипердрагйвов. Импортировать несколько крупных двигателей, изучить их и использовать джентари для производства более мощных двигателей, которые подойдут для наших целей.

– Каких это?

– Побега, – сказал Шаппа, затем выпрямился в кресле. – Думаю, это время пришло.

– Но он ведь мертв, – сказал Оби‑Ван, имея в виду Судию.

– Чепуха. Ты сам встречался с ним.

– Нет. И теперь у меня отпали последние сомнения в этом.

– Судия жив, – закричал Шаппа и пригрозил Оби‑Вану кулаком. – Он посылает нам распоряжения из своего дворца.

– Найёрное, и дворца уже нет, – подлил масла в огонь Оби‑Ван.

– Я не потерплю таких слов! – взвился Шаппа. – Я помогу тебе спасти мальчика, а потом… вам придется убраться с планеты. И немедленно, – он обернулся, весь дрожа от гнева, и стал изучать показания приборов. – Наверное, джедаи послали вас сюда, чтобы подорвать нас изнутри, а корабли Республики…

Небо заполнилось крохотными сияющими точками. В верхние слои атмосферы входили воздушные мины, простираясь на тысячи километров, как яркое оранжевое зарево.

– Они всех нас уничтожат! – завопил Шаппа, и на его лице застыла маска страха и растерянности.

49

Анакин заводил корабль на посадку по широкой плавной дуге, направив его на вершину горы. Внутри яхты все было тихо и спокойно. Джабитта свернулась клубком на своем сиденье и, похоже, пыталась уснуть.