В дверь негромко постучали.

— Войди.

На пороге появился слуга. Получив утвердительный кивок госпожи, он сделал шаг в сторону, освобождая проход, и торжественно объявил:

— Сэр Лайон Дальг, посланец Его Императорского Величества Унгарта Седьмого.

В дверь вошел высокий человек. Чёрные доспехи, алый орел на груди. Длинный плащ, стелющийся по мраморным плиткам пола. На поясе висит тяжёлый меч, с другой стороны — кинжал с крупным рубином в рукояти. Явно не рядовой гвардеец, такой камешек не каждому по карману. Шлем воин, как и подобало, нес на сгибе левой руки.

Дилана придирчиво оглядела гостя — статен, силён… пожалуй, красив. В гвардию отбирали лучших из лучших, и не только исходя из умения владеть оружием. Гвардия должна производить впечатление мощи, но и внешность играла немаловажную роль. Это подручные Юрая Бороха вечно носят свои уродливые металлические маски, гвардия же не скрывала лиц.

Помимо собственной воли, Дилана представила, каков этот мужчина в постели… усмехнулась — мало ли как сложатся дела, возможно, ей предстоит выяснить ответ на этот вопрос. Да, в её жизни довольно давно не было настоящего мужчины, стоит присмотреться к посланцу повнимательнее.

Рыцарь, чеканя шаг, дошел до середины комнаты, остановился, склонил голову.

— Леди Дилана Танжери, я доставил вам повеление Его Императорского Величества. Позвольте вручить?

Может, кому-то из властителей других стран Император и пишет «просто письма», но собственным подданным раздает лишь повеления. Вне зависимости от того, что содержится в письме, это может быть только приказ. Явный или завуалированный, но приказ. В прошлом Дилане не раз доводилось получать подобные указания… более того, иногда ей доводилось исполнять их не лучшим образом, а то и попросту игнорировать, если дело того требовало. Своему «Клинку» Император доверял, прощая некоторые прегрешения и изрядное своеволие. Только вот всё это доверие кончилось три года назад.

Получив разрешение, рыцарь приблизился к хозяйке дома и протянул конверт, скрепленный печатью красного воска.

На извлеченном из конверта листе белоснежной (кто сказал, что в Гуране не приемлют белого цвета) бумаге было начертано лишь несколько цифр. Дата и время.

— Его Величество ничего не приказывал передать на словах? — поинтересовалась Дилана.

— Его Величество приказал сопроводить леди Танжери в Брон… если таково будет желание леди. В противном случае мне надлежит вернуться немедленно.

«Во всяком случае, это не арест, — мысленно усмехнулась Дилана. — Хотя, кто знает, что ждёт меня во дворце. Правда, Император достаточно изучил меня, чтобы понимать — от приглашения я не откажусь.»

Судя по дате в послании, аудиенция назначена через шесть дней. Времени достаточно, чтобы добраться в столицу без особой спешки — но выезжать надо не позднее завтрашнего утра.

— Хорошо, сэр Дальг. Я буду рада, если вы сопроводите меня в этой поездке. Не смутит ли вас, если я предложу проделать путь со мной в карете?

Сама Дилана предпочла бы ехать верхом, но правила приличия требовали благородной даме передвигаться на дальние расстояния вполне определённым способом. Что же касается рыцаря… расчёт был довольно прост — чем меньше этот красавчик устанет за день, тем больше сил у него останется на ночь.

Или эти мысли отразились на лице Диланы, или же подобные предложения адресовались молодому воину достаточно часто и из произнесенных слов он сделал однозначные выводы, но улыбка рыцаря показалась женщине достаточно многообещающей.