— В общем, прочитала Иванова переписку ту, вот так и узнала, что у муженька, помимо Ярославы, дети имеются.

Я сидела, опустив взгляд в тарелку, и рассматривала лужицу меда, растекшуюся в липкое пятно неровной формы рядом с ноздреватым блинчиком. Вот сейчас Алиса спросит меня: «Кстати! А уж не ты ли тот самый внебрачный ребенок?» Но она не задавала вопросов, продолжая увлеченно рассказывать мне историю, которую считала очень занятной:

— Такое она там учудила, в кабинете-то!

— Чуть технику казенную не разбила, — добавила Раиса.

— Сонька как увидела, что Людмила Борисовна творить начала, сразу на помощь звать бросилась. Мамка-то первая прибежала, кабинеты рядом.

Раиса усмехнулась:

— Да там чуть ли не парень после аварии с операционного стола вскочил, так Иванова буйствовала.

— Вот не понимаю я все-таки, — нахмурилась Алиса. — Ну есть еще дети, и что? Или он ими обзавелся, будучи уже женатым на Людмиле Борисовне?

Мать спокойно ответила дочери:

— В подробности она не вдавалась, да и успокоилась быстро. Выпустила пар, а потом мир да любовь пышным цветом. Все-таки женщина взрослая, понимает, поди, что воздух сотрясать — дело неблагодарное. Детей обратно-то не родишь. Да и жили они с Ивановым душа в душу. Так, мелкие ссоры в какой семье не бывают? А после кончины его так и вовсе сказала мне: «Хорошо бы познакомиться».

— С кем? — удивилась Алиса.

— С детьми его.

— Это еще зачем?

— Все-таки Яськина родная кровь, как ни крути.

— А их позвали? — любопытствовала Алиса.

— Почем мне знать? — пожала женщина плечами. — В списке гостей не было. Да и непонятно, успел ли Аркадий детей-то найти.

— А их, кстати, у него сколько? Ну, не считая Яськи? — не унималась девочка.

— Сонька рассказывала, — сообщила Раиса с важностью, будто речь шла о сведениях государственной важности. — Она осталась в кабинете, когда Людмила за компьютер-то мужний засела, что кричала что-то про дочь. А потом и вовсе вопила: «И сын!» Но кто его знает, что там на самом деле. Может, сокрушалась, что сейчас о дочери узнала, не ровен час, и сын объявится? Кто его знает, что она там себе надумала.

Выходит, о моем существовании женщины в доме Ивановых знали. Новость о том, что Ярослава — не единственный ребенок главы семьи, восприняли скверно, но потом вроде бы страсти улеглись и они худо-бедно свыклись. Людмила даже обмолвилась, что не прочь была бы свести знакомство. Интересно, она это для красного словца среди коллег бросила или и в самом деле желала встречи?

— Может, они просто вид делали на людях, что все хорошо, а дома Людмила Борисовна ему мозг выносила? Вот и не выдержало сердце…

— Тише, — шикнула на дочь Раиса.

Алиса тут же замолчала. То ли добавить к увлекательной истории было нечего, то ли гадала, сколько на самом деле у покойного было детей. А может, и вовсе ждала от меня какой-нибудь реакции. Я продолжала смотреть в тарелку, боясь поднять на соседок взгляд, словно нашкодивший ребенок.

Судя по всему, нотариус не лукавил: ни о каком убийстве речи не было, и Иванов скончался от проблем со здоровьем.

Наконец, набрав в грудь побольше воздуха, я отодвинула стул и стрелой направилась к уборным, опасаясь, как бы Алиса не увязалась за мной. Не оборачиваясь, резко сменила траекторию, толкнула тяжелую металлическую дверь и оказалась на улице.

Я уже прикрыла глаза и выдохнула с облегчением, когда заметила в десятке метров от себя Ярославу в компании тех самых мужчин, что недавно стояли у окна в столовой.