Я подъезжала к кладбищу, когда на телефон пришло сообщение. Свернув на проселочную дорогу, которая вела к западному входу, я увидела мусорные контейнеры, сплошь заваленные выцветшими венками и лысыми ветками ели. Сразу за ними виднелось нечто, похожее на вход. Ни людей, ни автомобилей рядом не было, что неудивительно: проще было воспользоваться центральными воротами.

Взяв телефон, я увидела новое сообщение от Анатолия и только тогда вспомнила, что так ему и не ответила.

«Ты покинула этот славный город, не простившись?»

Должно быть, он решил, что я уже уехала домой, раз оставила его вчера без ответа.

«Я на кладбище, — написала я, уверенная, что он не захочет присоединиться. — Перезвоню позже».

Теперь о том, где меня в случае чего искать, знал еще один человек, и это успокаивало.

«Еще не был на могиле Аркадия Александровича. Давно пора. Скоро буду».

Кажется, Анатолий не собирался сдаваться и использовал любой предлог для встречи со мной. Это было бы приятно, только не в этой ситуации. Хотя могила отца находилась далеко от западного входа, пусть приезжает и ищет себе на здоровье.

Ровно в двенадцать я покинула машину и, минуя контейнеры, отправилась ко входу. Со стороны леса доносились переливистые трели птиц, где-то методично стучал по стволу дятел. Со стороны дороги слышен был шум проезжающих машин. Я посмотрела в сторону могил — никого. Время шло, но ни со стороны кладбища, ни со стороны шоссе аноним не появлялся. Более того, кроме меня тут вовсе никого не было. Наверное, разгар буднего дня не самое подходящее время для визита на кладбище. Совсем скоро я нашла этому еще одно объяснение: не зная, чем себя занять, я принялась разглядывать ближайшие могилы и поняла, что все они очень старые. Вероятно, близкие родственники погребенных тут сами уже мертвы.

В том, что автор посланий выбрал место неслучайно, сомнений не было. Наверняка он был местным и знал, что в этой части кладбища редко можно кого-нибудь встретить.

Я прохаживалась по заросшим дорожкам, стараясь не терять из виду западный вход, но никто не появлялся. Телефон ожил, и я вздрогнула от неожиданности: звонок в окружающей тишине показался слишком громким, а мелодия какой-то искусственной. Связаться со мной пытался Анатолий, должно быть, уже прибывший на кладбище и не обнаруживший меня у могилы или вовсе саму могилу.

Часы показывали половину первого, и я, немного поколебавшись, ответила на звонок.

— Тебя здесь нет, — разочарованно сообщил он.

— Так ты ко мне приехал или к Аркадию Александровичу?

— Резонный вопрос, — усмехнулся он. — Память почтил, цветы оставил, теперь хотелось бы получить немного более позитивных эмоций.

— Я неподалеку.

— Встретимся?

— Буду минут через десять, — пообещала я и отключилась.

Ворона села на голову гранитного ангела рядом со мной и громко каркнула, будто хотела сообщить: зря ждешь. Тридцать пять минут ожидания и правда говорили сами за себя. Кажется, аноним не придет, а возможно, в его планы это и вовсе не входило, а письма все-таки просто дурная жестокая шутка.

Я решительно отправилась к машине и вскоре остановилась у главных ворот. Здесь сидели две женщины, продававшие цветы, и увлеченно о чем-то болтали.