Я сочла за благо удалиться. В конце концов, в такой ситуации человек и правда имеет право побыть наедине с собой, и на месте матери я бы не стала настаивать. Впрочем, пускай разбираются сами.

Уже на улице я достала телефон и увидела два пропущенных вызова. Должно быть, Лиза звонила как раз тогда, когда я была рядом с Ярославой. Я тут же набрала ее номер и после быстрого приветствия сразу перешла к делу:

— Ты родителей Епифана видела?

— Когда? — не поняла она.

— В целом. Они существуют?

— Ну они ж не НЛО, конечно, существуют.

— Как зовут его отца?

— Владимир Епифанович Лукин, заслуженный деятель искусств области, в которой ты сейчас находишься, пианист.

— Он родной ему?

— Уж не замуж ли ты собралась, что родней Епифаньей интересуешься? Быстро у вас там события развиваются, я смотрю!

— Ты даже не представляешь, насколько! Но на вопрос ответь.

— Ну, поводов думать, что отец ему не родной, у меня нет, а там… всякое в жизни бывает! У моей подруги, например…

Мне пришлось сослаться на срочное дело и спешно проститься, чтобы не слушать ближайшие полчаса истории из жизни подруг Лизаветы Степановны.

Разговаривая с ней, я не заметила, как ушла довольно далеко от больницы. До обеденного перерыва Анатолия было еще достаточно времени, и я решила пойти на опережение и самой инициировать встречу с Епифаном.

Зинаиды Васильевны в огороде не наблюдалось, как, впрочем, и скрипача, хотя погода стояла чудесная. Не исключено, что сейчас он занят чем-то культурно значимым где-нибудь в Доме культуры или музее скрипки, до которого я так и не добралась.

Открыв ворота, которые, по счастью, не были заперты, я поднялась на крыльцо и громко постучала. Мне никто не ответил, я выждала немного и дернула ручку двери — та не поддалась. Я покосилась в сторону пристройки, в которой старушка сдавала в аренду жилье, полагая, что найду Епифана именно там.

Он, вероятно услышав, что к хозяйке кто-то пожаловал, распахнул дверь и радостно произнес:

— Тут речка есть недалеко, поплавать не хочешь?

Пожалуй, это последнее, что я рассчитывала услышать вместо приветствия.

— А тебе машину отдали?

— Ага, недавно забрал. Так ты согласна? — не поверил он.

— Купальник забыла!

— Не беда, голышом поплаваем.

— Ну и фантазии у тебя.

— Какие есть, — хохотнул он. — А ты о чем мечтаешь?

Неожиданная мысль пришла мне в голову.

— Хочу психологический центр в Красных Оврагах открыть, для помощи подросткам, попавшим в сложную жизненную ситуацию.

— Благородно, — заключил он через несколько секунд, которые понадобились ему на обработку полученной информации. — А почему здесь, а не дома?

— Ты говорил, в городском бюджете есть средства. Вот хочу попасть на прием в администрацию города, обсудить. Тебе это как удалось?

— Так меня филармония отправила, — напомнил он. — Все официально, чин чинарем. У тебя так просто не получится, записаться надо, они рассмотрят, подумают…

— Смотрю, ты в курсе всех бюрократических проволочек. Может, поможешь? Тем более с Никитой Сергеевичем уже знаком.

Епифан почесал затылок, сморщился и важно заявил:

— Попробую. Так что с речкой-то?

Плавать мне не хотелось: ни в купальнике, ни тем более голышом, но поговорить с Епифаном о городском бюджете было необходимо. Если он захочет распространяться, разумеется. К тому же через час меня будет ждать Толик.

— Давай сначала чаю попьем, — выдвинула я предложение.