Гримм прекратил целовать так же неожиданно, как и начал.

  - Нам надо ехать дальше, - с трудом выговорил он. - Путь не близок, девочка. Мне не хочется держать тебя на холоде дольше, чем ты выдержишь.

  И он отстранился так резко, что Джиллиан открыла от удивления рот и чуть не вскрикнула от досады. Она так распалилась от его поцелуев, что холодный воздух был ей уже нипочем, и ей не хотелось ни секунды дожидаться продолжения.

  Подрагивающие веки медленно закрылись, она стояла, слегка покачиваясь. Гримм внимательно взглянул на нее.

  - Ты хорошо себя чувствуешь, девочка?

  - Нет, - ответила Джиллиан, искоса взглянув на него из-под опущенных ресниц. - Откровенно говоря, я чувствую себя как-то странно, Гримм, и не знаю почему.

  Гримм тут же снова подскочил к ней, и она приготовилась захлопнуть ловушку.

  - Где ты чувствуешь себя странно, Джиллиан? Я не...

  - Здесь... - она быстро взяла его за руку и положила ее себе на грудь, - и здесь, - она притянула другую его руку к своим бедрам.

  Гримм сделал несколько глубоких шумных вдохов. Ему хотелось, чтобы его скачущее сердце замедлило свой бег, прекратило накачивать в пах кровь, и, возможно, включился его мозг - мысли его путались.

  - Джиллиан, - вздохнул он с досадой.

  - О Боже! - шаловливо воскликнула она, пробегая руками по его телу. - Похоже, ты страдаешь тем же недугом.

  Ее рука, минуя плед, нашла его жезл, и Гримм издал низкий, рычащий гортанный звук. Оба заговорили одновременно.

  - Здесь ледяной холод, девочка. Я не буду подвергать тебя...

  - Я не...

  - ...опасности простуды ради своих низменных потребностей...

  - ...хрупкая, Гримм. А как насчет моих низменных потребностей?

  - ... и не смогу нормально любить тебя здесь!

  - О, и ты всегда хотел меня нормально? - подзадоривала она его.

  Их взгляды встретились, и его глаза потемнели от желания. Казалось, его парализовало, он замер в морозном воздухе и думал о каких-то вещах - за исключением той единственной, что была действительно важна для нее.

  Низким грудным голосом Джиллиан проговорила:

  - Сделай это! Возьми меня прямо сейчас.

  Гримм прищурился и шумно вздохнул.

  - Джиллиан...

  В его ледяной голубизны глазах собиралась буря, и в первое мгновение Джиллиан не могла понять, что же она вызвала. Она вызвала зверя - ее зверя. И она хотела его именно таким.

  Его страсть налетела на нее с силой морского шквала, обжигающего и соленого, первобытного в своей мощи и безудержного. Словно взрыв бросил их навстречу друг другу, сливая в единое целое. Гримм прижал ее к дереву, задрал вверх платье, сорвал свой плед, осыпая поцелуями ее веки, нос, губы, погружая язык ей в рот так глубоко, что ей показалось, будто она тонет в сладострастии этого мужчины.

  - Ты мне нужна, Джиллиан Сент-Клэр! С тех пор, как я посадил тебя на Оккама, мне хотелось лишь стащить тебя с него и погрузиться в тебя, без объяснений или извинений - потому что ты мне нужна.

  - Да, - страстно прошептала она. - Я тоже хочу именно этого!

  И быстрым движением Гримм глубоко вошел в нее, а в ее теле уже поднялась буря и бушевала с опустошительной яростью урагана.

  Джиллиан запрокинула голову и дала волю своему голосу, выкрикивая слова, которые могли слушать только дикие звери. Она страстно изгибалась, подавая бедра навстречу каждому его толчку. Впившись ногтями в его плечи, она закинула ноги вокруг его пояса и прижалась лодыжками к его мускулистым ягодицам. При каждом толчке ее спина прижималась к стволу дерева, и она использовала дерево, чтобы посильнее оттолкнуться и принять толчок его бедер как можно глубже в себя. Лишь звуки страсти срывались у них с губ; в словах просто не было необходимости.