— Что с ним стряслось?

— Как ты знаешь, его захватили вместе с тобой, но ему удалось каким-то образом договориться с этими людьми. Он убедил их освободить его в обмен на какие-то фамильные драгоценности. Я не очень поняла, как все устроилось. Он не хочет говорить на эту тему, а вопросы задавать неприлично… во всяком случае, много вопросов. Так или иначе, пираты его отпустили. Он уплатил за свою свободу нечто вроде выкупа. Бедный Лукас, он уже никогда не будет прежним. Он так любил путешествовать. А теперь… видишь ли, это все его нога. Он серьезно ранил ее во время кораблекрушения. Конечно, если бы вовремя показали врачу… Он уже побывал у многих врачей, объездил всю страну и даже консультировался за границей, в Швейцарии и Германии. Все говорят одно и то же: он вовремя не получил необходимую помощь. Он сильно хромает, вынужден ходить с палкой, и к тому же раненая нога сильно болит. Как я понимаю, со временем ему стало немного легче, но он навсегда останется калекой. Это его очень изменило. Раньше он был таким веселым и остроумным, а теперь угрюм и нелюдим. Мне трудно поверить, что это случилось именно с ним.

Я перенеслась в прошлое и увидела Лукаса, вцепившегося в борт лодки… наши неуклюжие попытки вправить его ногу… А вот Лукас лежит на песке и всматривается в горизонт, пока мы с Саймоном бродим по острову в поисках пропитания и секретничаем.

— Так, значит, вы редко видитесь.

— Редко. Хотя нельзя сказать, что он очень далеко живет. Я приглашала его приехать и погостить у нас, но он отклонил все мои приглашения. Мне кажется, он нигде не хочет бывать… и никого не хочет видеть. Видишь, теперь это совершенно другой человек. Раньше он был очень активен и с удовольствием общался с окружающими.

— Я хотела бы с ним встретиться.

— Ну, конечно! Я думаю, он непременно захочет этого. Хотя, возможно, расценит как нежелательное напоминание. Быть может, он пытается забыть случившееся. Вот что я сделаю. Приезжай в гости. Я приглашу Лукаса, и, возможно, ради тебя он преодолеет себя. В конце концов, вы ведь вместе были на этом острове.

— О Фелисити, пожалуйста, устрой мне встречу с ним.

— Обязательно устрою, и притом скоро.

Я разволновалась в ожидании этой встречи, но знала, что даже с Лукасом не смогу поговорить о Саймоне. Это была наша с Саймоном общая тайна. Саймон поделился со мной, потому что он мне доверял. Я должна оправдать его доверие. Если бы его из-за меня выследили и привезли обратно, я бы себе этого никогда не простила. Для Лукаса Саймон должен оставаться просто матросом, спасшим нам жизнь.

Фелисити уехала, и в доме воцарилась скука. Окружавшая меня атмосфера нормальности и здравого смысла вынудила наконец взглянуть фактам в лицо и сделать единственно возможный вывод. Я обманывала себя, считая, что, оказавшись дома, смогу доказать невиновность Саймона. Теперь я спрашивала себя, как я могу это сделать. С чего начну? Отправлюсь к нему домой? Познакомлюсь с людьми, сыгравшими решающую роль в драме, завершившейся убийством? Я не могла явиться в Перривейл-корт и заявить: «Я знаю, что Саймон невиновен, и я приехала, чтобы решить эту загадку и вывести убийцу на чистую воду». Я же не инспектор Скотленд-Ярда!

Необходимо было все тщательно обдумать. Я была одержима идеей доказать его невиновность, чтобы он смог вернуться домой, к нормальной жизни.