— А камень?

— Я сдержал слово. Это было кольцо, принадлежавшее моей матери… Можно сказать, одна из фамильных драгоценностей. Их поровну поделили между мной и братом. Я отдал пиратам обручальное кольцо матушки, которое до нее принадлежало матери моего отца. Если бы я обручился с кем-нибудь, я передал бы его своей невесте.

— Но ведь не было никакой необходимости с ним расставаться.

— Была. Эти люди ничего не забывают. Я не хотел провести остаток жизни, ожидая встречи с одним и них. Более того, представь себе, что какой-нибудь бедняга когда-нибудь окажется в таком же положении и попытается сделать то же. Будучи однажды обманутыми, они могут не дать ему этого шанса. Да и вообще, в моем нынешнем состоянии за меня все равно никто не пойдет.

— Ты сам отвез им кольцо? Как ты его передал?

— Они указали мне место, куда его следовало привезти. На побережье Италии есть одна старая таверна. Меня предостерегли, чтобы я в точности выполнял все их инструкции. Я должен был доставить кольцо в эту таверну (как я понял, это излюбленное место контрабандистов), откуда они могли его забрать. Но сам я, разумеется, не поехал. Я был бы не в состоянии это сделать, и они прекрасно это понимали. Я сообщил им, кто привезет кольцо. Я решил поручить это Дику Дювейну, моему бывшему ординарцу. Он также мой помощник… доверенное лицо… и зачастую товарищ по странствиям. То есть он гораздо больше, чем просто слуга, он один из моих лучших друзей. Не знаю, что бы я без него делал. Я безгранично ему доверяю.

— Я рада, что тебе удалось спастись, Лукас.

— Да я и сам, пожалуй, этому рад, только…

— Я тебя понимаю.

Мы долго сидели молча. Мы все еще находились в саду, когда нас разыскала Фелисити.

Поездка в Оксфорд помогла мне спуститься с небес на землю, чему немало способствовали несколько ожесточенные, но реалистичные взгляды Лукаса на жизнь. Что я могла предпринять? Каким образом я собиралась доказывать невиновность Саймона? Я даже жила вдали от места роковых событий. Я ничего не знала о семье, обитающей в Перривейл-корте, за исключением обрывочных сведений, полученных от Саймона, и из газетных статей, опубликованных непосредственно после убийства. Если бы мне как-нибудь удалось приехать в Перривейл-корт и познакомиться с ними! На что я вообще надеюсь? Я подумала о Лукасе. Что если обратиться к нему за помощью? Он очень изобретателен. Смог же он выпутаться из ситуации, угрожающей его жизни. Он живет неподалеку от Перривейл-корта… Однако он не только не дружит с его обитателями, он с ними даже не знаком, несмотря на то что когда-то, очень давно, он там побывал. Мне очень хотелось поговорить с ним о Саймоне, возможно, даже заручиться его поддержкой. Имею ли я на это право? Я сомневалась. Ведь я не была уверена в его реакции на мой рассказ.

Я по-прежнему чувствовала себя совершенно беспомощной, но эта поездка меня подбодрила.

Лукас уехал из Оксфорда на день раньше меня. Прощаясь со мной, он выглядел совсем растерянным и беззащитным, и мне захотелось его хоть как-нибудь утешить. В какой-то момент мне показалось, что он хочет предложить мне встретиться. Но он этого не сделал.

Мы с Фелисити поехали провожать его на вокзал. Ему, похоже, очень не хотелось уезжать, и он стоял у окна вагона, провожая нас взглядом, когда поезд тронулся и, набирая ход, начал увозить его на запад.

— Это так грустно, — вздохнула Фелисити. — В нем нет ничего от прежнего Лукаса.

На следующий день я тоже уехала домой.

Тетя Мод хотела знать, с кем я встречалась в Оксфорде.

Я сообщила ей, что Графтоны не приглашали гостей, поскольку Фелисити считала, что я нуждаюсь в отдыхе, а не в развлечениях. Но за обедом я проговорилась, что одновременно со мной в Оксфорде гостил Лукас Лоример.