— Алиса, — начал было парень, но она сорвалась с места и, подскочив к нему, заглянула в коробку: — В самый раз!

Уже у самого люка, когда она начала спускаться, он еле слышно прошептал:

— Я не хочу, чтобы между нами была какая-то недоговоренность.

— Ее нет, — отрезала Алиса, — все нормально. — Ей хотелось поскорее оказаться как можно дальше от него и его странностей. Подобный страх девушке пришлось ощутить лишь однажды, когда после школы ее зажал в лифте мужик, угрожавший ножом. В тот раз интуиция ее предупреждала, но она не послушалась, не в силах поверить, что хорошо одетый симпатичный мужчина лет сорока может сделать что-то подобное. Он не сделал — не успел, но если бы не соседка с четвертого этажа, услышавшая крики о помощи, ему вряд ли помешали бы слабые попытки самообороны одиннадцатилетней девочки, кончившиеся в ту же секунду, когда на горло легло острое лезвие ножа. Она очень сомневалась, что такой же страх мог сковывать лишь от перспективы быть поцелованной. Несмотря на тот давний случай в лифте, она не стала бояться и сторониться каждого встречного, а вскоре и вовсе перестала о нем вспоминать. Кирилл напомнил то давнее ощущение беспомощности, паники. Но снова, как тогда, ей не хотелось верить своим чувствам.

Ребята спустили коробку и закрыли люк. Кирилл не позволил девушке помогать, взвалив коробку на грудь и прогибаясь под ее тяжестью, понес в каминную. Внизу все еще о чем-то спорили, но когда Алиса с Кириллом появились, разговоры утихли, и Ксюша первой подошла к коробке.

— Что там? — не торопясь посмотреть, спросила она. Алиса открыла коробку. Глазам предстали небольшие мягкие игрушки: зайчики, медвежата и другие звери.

— А шариков нет? — разочарованно протянула подруга и наградила таким обвиняющим взглядом, будто теперь праздник был окончательно испорчен.

Алиса плотно сжала губы, чтобы не высказать все, что думает о затее с елкой и украшениями для нее, но этого и не требовалось, все сказал Денис:

— Ксю, успокойся уже, о'кей! Что-то последнее время слышно только тебя. Игрушки как игрушки, а если тебе не нравится, иди сама на чердак и ищи.

Девушка сконфуженно наклонила голову и сделала вид, что разглядывает содержимое коробки. Илья вытащил серого зайчика и маленькой лапкой тронул щеку Риты. Та сердито оттолкнула руку с игрушкой — заяц отлетел к дивану. Повисла тишина.

— Не трогай меня грязными игрушками, — еле слышно пробормотала Рита.

Илья надулся и ушел в кухню. Зайца подняла Полина.

— А по-моему, хорошенький! Давайте пришьем к самым симпатичным петельки и повесим на елку?!

Алиса уже повернулась к двери, чтобы потихоньку улизнуть, но Ксюша, подобно надсмотрщику, возмутилась:

— Куда ты собралась? А кто петли будет пришивать?!

И снова вмешался Денис:

— Могли бы сделать это и без Лисы, она на чердак ходила.

— И что же теперь, — подбоченилась Ксюша. — Я тоже могла бы сходить!

— Но не сходила, — хмыкнула Полина, ловко протыкая иголкой макушку зайца и завязывая узелок.

Алиса достала из коробки колобка и вдела нитку в иголку, чтобы пришить петельку, когда вмешалась Ксюша:

— Этого не нужно.

— Почему?

— Ну просто не надо, он некрасивый!

Все без исключения посмотрели на нее, а Денис взорвался:

— Ксюша, у тебя какие-то проблемы?! Так реши их, а не веди себя, как истеричная дура!

— Не ори на меня! — Ее голос дрогнул, она вырвала из рук Алисы колобка и швырнула назад в коробку. — Он урод! Понятно, урод!

— Понятно-понятно, — успокоил ее Юра, дружественно похлопав по плечу.