Войдя в купе, он закрыл за собой дверь и спросил:

— На каком языке вы говорите? (обращался по-немецки)

— На польском, украинском.

— Неправда, вы хорошо говорите по-русски и вы коммунист, — перебил меня агент, говоря по-русски.

— Что же касается коммунизма, то я тринадцать лет веду борьбу с ним.

— Неправда, вы коммунист. У вас недавно был другой паспорт. Где он, кстати?

— Никакого другого паспорта у меня не было, и я не могу понять, о чем вы говорите.

— Не будьте маленьким и скажите, где вы купили этот паспорт? Скажите, и мы вам ничего не сделаем.

— Паспорт я не покупал, а получил в полиции в Брно.

— Неправда, вы имели недавно другой паспорт, а этот купили. Скажите, когда вы были в Голландии?

— Я паспорта не покупал и никогда в Голландии не был.

Тогда он достал записную книжку и начал что-то разыскивать в ней. Найдя то, что ему нужно, он начал читать мои приметы в паспорте, сверяя их с записями в книжке.

— Нет, вы коммунист, имели другой паспорт, недавно были в Голландии. Скажите, в ноябре вы были в Вене?

— Нет, не был.

— Скажите правду, ведь коммунизм не запрещен в Австрии, и вам ничего не будет. Встать!

Я встал, он что-то посмотрел в книжке.

— Сядьте. Покажите, что у вас в карманах.

Я вынул бумажник, деньги, которые лежали в другом кармане, перочинный нож и ключи, оставив списки и квитанции в кармане. Агент взял мой чемодан, поверхностно осмотрел вещи и, выбросив их, начал выстукивать дно. Тогда я взял нож:

— Если дело обстоит так, то давайте я разрежу.

— Не надо.

Потом он подошел ко мне и начал осматривать мои карманы и обнаружил списки и квитанции на посылку писем Скоблину.

— А это что? Списки вашей партии и квитанции на письма товарищам? — спросил он.

— Да, вы не ошиблись, это списки моей партии.

— Ну, вот видите, а вы не хотели сознаваться, что вы коммунист. Теперь скажите, когда вы приезжали в Австрию и где ваш старый паспорт?

— Да, если кадр Корниловского полка числится в списках Красной армии, то я, по-видимому, действительно коммунист. Старый мой нансеновский паспорт в Чехии, а в Австрию я приехал 14 сентября 1930 года.

— Так вы что, офицер Корниловского полка?

— Да.

— Я очень хорошо знал Корнилова, я его видел в Екатеринодаре.

— Сомневаюсь, что вы видели Корнилова в Екатеринодаре. Он никогда не был в Екатеринодаре, он был убит под Екатеринодаром.

— А на какой день штурма Екатеринодара убит был Корнилов и когда?

— Корнилов убит на третий день штурма, перед ним был убит полковник Неженцев. Это было в конце марта месяца.

— А откуда пришла Добровольческая армия к Екатеринодару, с какой стороны реки?

— Из-за Кубани.

— А какой красный генерал выгнал Врангеля из Крыма?

— Не генерал, а Фрунзе.

— А кто командовал Красной армией во время первого похода добровольцев на Кубань?

— Кажется, Егоров и Жлоба.

— А вот Сорокина вы не помните!

— Я знаю всех добровольческих полководцев, а красных не знаю.

— Ну вот, хорошо, всё, что касается добровольцев — „отлично“, а вот каким образом вы, русский офицер, получили чешский паспорт? Ведь вы русский подданный?

— А вот если это вас интересует, то я готов вам сказать правду.