Майло сидел за рулем напрягшись, губы крепко сжаты, одной рукой детектив то и дело поправлял прядь волос, постоянно падающую ему на глаза.

Он молчал, видимо, обдумывая все теории, которые я на него обрушил. Мне должно было быть стыдно, но и мой мозг работал без устали, услужливо подбрасывая образы серо-зеленого трупа Джейн. Или обмотанного веревкой тела Лорен.

Я пытался переключать каналы мозга, хотя альтернатива была не лучше. Мишель и Ланс, сожженные до костей. Шона Игер, над которой поиздевались, а потом запрятали в неизвестную могилу. Агнес Игер, наверное, до сих пор любующаяся фотографией единственной дочери-красавицы, к этому времени скорее всего сгнившей до костей.

Матери и дочери. Целые семьи исчезли.

По мере приближения к дому мистера Тига дорога стала посвободнее.

– Наконец-то, – буркнул Майло.

Тот же запах краски, что и в прошлый раз, те же злые собаки.

Когда мы подъехали к воротам Лайла, солнце стало похоже на шлем кирпичного цвета на серой плоской макушке горизонта, а небо на западе превратилось в нечто грязно-коричневое и очень неприятное.

В этом свете окрестности выглядели не лучшим образом. Несколько сутулых бритоголовых подростков сидели у дома напротив, попивая что-то из бутылок и наслаждаясь иллюзией бессмертия. Усмешки на лицах уступили место страху и недоверию, когда мы остановились неподалеку.

Пока Майло парковался у тротуара, зазвенела покатившаяся бутылка. К моменту, когда мы вышли из машины, подростки уже исчезли.

Замок на воротах Лайла висел на старом месте, а вот пикапа с хромированными трубками не было, и мы смогли рассмотреть навес, забитый деталями от машины и сломанными игрушками.

– Сбежал, – сказал я.

Майло посмотрел на дом сквозь сетку забора.

– Не уверен. Давай-ка я ему позвоню.

В тот момент, когда он доставал мобильный, дверь в доме слегка приоткрылась. Затем полностью распахнулась, и из нее вышла Тиш Тиг с темноволосой девочкой лет пяти на руках. Глаза девочки были широко раскрыты, и все же она выглядела сонной. Миссис Тиг была одета в голубой топ и белые шорты, которые были ей слегка маловаты и так обтягивали бедра, что в некоторых местах плоть выпирала некрасивыми складками. Лямки бюстгальтера делали то же самое с плечами Тиш. На левом бицепсе – синяя татуировка. Волосы собраны в хвост на макушке и перетянуты резинкой.

Майло помахал ей, но она продолжала просто стоять. Бледное лицо, напоминающее пудинг, хоть и пытающееся казаться мужественным.

– Миссис Тиг, – прокричал Майло, – ваш муж дома?

Она покачала головой. По губам можно было прочитать "Нет", хотя звук ее голоса не долетел до нас через двор.

– Где он, мэм?

Вместо ответа Тиш вернулась в дом, потом вышла уже без ребенка и с распущенными волосами. Пройдя по грязи до середины двора, она остановилась, скрестила руки на груди и прокричала:

– Охотится.

– На кого?

– Обычно он приносит птиц. Или оленя.

Майло спросил:

– А где он охотится, мэм?

– Недалеко от Кастаика. Что вам от него нужно?

– Проводим кое-какое расследование, мэм. Можно войти?

– Расследование чего?

– Ваш муж звонил мне сегодня, и я обещал переговорить с ним. Как давно он уехал?

Тиш моргнула три раза.

– Пару дней назад.

– Значит, он звонил откуда-то еще. У него есть мобильный телефон?

– Нет.

– Он взял все необходимое для охоты?

– Да.

– И оружие?

– Конечно, он ведь на охоту поехал.