Loading...
Изменить размер шрифта - +
 — Блэр мазнула пальцем пудру на пироге Ларкина, потом облизнула его. — Наверное, до нас не все доходит.

— А откуда у тебя этот знак?

«Забавный парень, — подумала Блэр. — Любопытный. Потрясающие глаза. Опасность! Уилл Робинсон!» — пришло на ум девушке. При такой внешности и темпераменте сложности неизбежны. А она не создана для сложностей — убедиться в этом ей пришлось на горьком опыте.

— Я заплатила, и мне сделали эту наколку. Многие люди делают татуировку. Что-то вроде девиза. У Гленны тоже есть. — Она сделала еще глоток и, не отрывая взгляда от Ларкина, похлопала себя по пояснице. — Здесь. Пентаграмма. Я видела, когда помогала ей одеваться перед обручением.

— Значит, их делают только женщины.

— Не только. Ты тоже хочешь такую?

— Пожалуй, нет. — Он рассеянно потер бедро.

Блэр вспомнила, что Ларкин не издал ни звука, когда она выдернула стрелу из его ноги. Сильный парень — несмотря на потрясающие глаза и детское любопытство. Проворен в бою и не хнычет после битвы.

— Нога болит?

— Немного. И еще плохо сгибается. Но Гленна хороший врач. А как твоя?

Она согнула ногу, поднеся пятку к ягодице, сымитировала удар.

— Порядок. На мне все быстро заживает — тоже семейное. Хотя и не так, как у вампира, — добавила она. — Но все равно охотники на этих тварей выздоравливают быстрее обычных людей.

Она взяла куртку со стола и набросила ее на плечи, поеживаясь от утренней прохлады.

— Хочу кофе.

— А мне кофе не нравится. Кола лучше. — Он одарил ее очаровательной улыбкой. — Будешь готовить себе завтрак?

— Попозже. У меня еще есть дела.

— Может, приготовишь на двоих?

— Может. — «Хитрый парень, — подумала она. — Валяет дурака». — Над чем работаешь?

Ларкин задумался, но всего на секунду. Он старался каждый день проводить хотя бы немного времени у волшебного ящика под названием телевизор и гордился, что узнал новые выражения.

— Собираюсь вывести коня на прогулку, потом накормить его и почистить.

— Сегодня светло, но все равно не стоит отправляться в лес безоружным.

— Я проедусь по полям. Гленна просила не кататься одному по лесу. Не хочу, чтобы она волновалась. А ты не составишь мне компанию?

— Нет, спасибо, мне хватило вчерашней ночи. — Она игриво толкнула его в грудь. — Неплохая скорость, ковбой.

— А у тебя легкая и уверенная посадка. — Он оглянулся на утоптанную землю. — Ты права. Хорошая была драка.

— Да уж. Но следующая будет потяжелее. Ларкин удивленно вскинул брови.

— Ты хочешь сказать, что эта была легкой?

— Конечно. По сравнению с тем, что нам предстоит. Можешь не сомневаться.

— Да помогут нам боги! Если ты приготовишь яичницу с беконом, я не буду возражать. Думаю, надо наедаться до отвала, пока у нас еще есть желудки.

«Звучит очень жизнеутверждающе, — подумала Блэр, входя в дом. — И он абсолютно прав, черт возьми!» Ей еще не приходилось встречаться с таким дерзким отношением к жизни и смерти. Не покорность судьбе — именно так ее воспитывали, — а уверенность, что он живет так, как хочет, пока жизнь его не закончится.

Блэр восхищала такая жизненная позиция.

С раннего детства она знала, что чудовище под кроватью — настоящее и что стоит лишь расслабиться, и оно перегрызет тебе горло.

Ее учили оттягивать этот момент и — пока у нее есть силы — рубить и жечь, уничтожать как можно больше врагов.

Быстрый переход