– С возвращеньицем!

Аои приветливо улыбнулась. Это слово спасло Мицуру. Он смог поверить: женщина, что сейчас стоит перед ним, и виденная два месяца назад, та же самая Аои. Только подумать, в ту ночь он, хоть и но колено в бреду, ввалился в квартиру одинокой женщины! Никогда раньше не случалось ему демонстрировать такую прыть в отношениях с женским полом. Убежать, поджав хвост… Этим все исчерпывалось.

Возможно, потому, что усилия, потребовавшиеся для того, чтобы догрести до второго свидания, чем-то напоминали прохождение через утомительную бюрократическую процедуру, как только Мицуру снял ботинки в прихожей, подумал: не дал ли он маху? Не бывает, чтоб все так счастливо сходилось. Нет ли какого подвоха в том, что он смог ее найти, что она пустила его к себе? «Возвращение домой» с промежутком в два месяца все еще шло вразрез с чувством реальности.

Увидев, что он нерешительно топчется на пороге, она сказала:

– Ну же, входи, присаживайся!

В конце концов ему каким-то образом удалось переместить свое одеревеневшее тело в гостиную. Едва он присел перед старым чайным столиком, она спросила:

– Останешься на ночь?

Промычав что-то нечленораздельное в ответ, он задумался: как это понимать?

Умерший брат, временно явившийся из потустороннего мира, зашел навестить сестренку? Но я ничего не знаю о потустороннем мире. Или мне считать себя братом, впавшим в амнезию?

– Ты, кажется, любишь рис с соусом карри? А сырой мясной фарш?

– Люблю, – ответил Мицуру. Он решил, что, поедая мясной фарш с карри и прикидываясь ее братом, исподволь начнет рассказывать ей о себе. Но Аои как будто совершенно не интересовало, кто он такой в действительности. Она смотрела на него исключительно как на человека, напоминающего ей брата. В течение всей этой ночи Мицуру молча слушал то, что рассказывала ему Аои.

Выяснилось, что она по меньшей мере раз в неделю бродит по улицам, пребывая во сне. Наутро она чувствует усталость и по испачканным ступням узнает, что выходила из дома. Однако после той ночи она установила на двери три замка, и ее загулы стали реже. Хорошо, что она встретила тогда Мицуру. Ей повезло, а то бы еще могли изнасиловать или похитить. Она и живет-то в Ивакуре главным образом из-за того, что по ночам здесь на улицах безлюдно. И еще потому, что нет крутых склонов и сомнамбула может передвигаться без особого риска, в-третьих, квартирная плата невысока.

– Пожалуй, трех причин более чем достаточно.

В Ивакуре находится психиатрическая лечебница. Старожилы Киото, услышав, что кто-то живет в Ивакуре, сразу воображают человека не от мира сего. Поэтому появление на улице сомнамбулы никого не удивляет и принимается как должное.

Это сладко свербящее тепло

В районе, где располагается психиатрическая лечебница, всегда царит покой, здешние жители ведут себя с подчеркнутой вежливостью и не склонны к шумному веселью.

Детские годы Мицуру прошли в районе, где также была психиатрическая лечебница. До того как воспользоваться ее услугами, Мицуру пожил в провинциальном американском городке, но и в нем оказалась своя психиатрическая лечебница. Там, где он поселился после возвращения, лечебницы не было, но сам дом супругов, висящий над обрывом, стал своего рода приютом для умалишенных. Наверняка и во многих других домах по соседству скрывались мужчины и женщины, страдающие душевным расстройством. Девочка, сбегая вниз по дороге, обращалась к встречным с мольбой: «Спасите!», за что заслужила у местного молодняка прозвание «Спасучка».