Ричард лег на пол и заглянул под диван.

– Вам не мешает разговаривать тот факт, что я стою? – Сэм почувствовала, как сама принимает оборонительную позицию.

– Если хотите сесть, просто сядьте, не надо делать туманных намеков. – Канинген запустил руку под диван. – Есть!

– Спасибо, я постою.

– Ради бога. – Ричард извлек бутылку пива. – Так о чем вы еще хотели спросить? Пока я трезвый, возможно даже отвечу.

Сильный удар о край парты: горлышко вместе с крышкой покатилось в коридор, полезла пена.

– Чтоб я сдох! – Канинген отхлебнул из бутылки, опасность порезаться, само собой, его не волновала.

– Вы знаете, что дело о лишении вас родительских прав не сегодня завтра передается в суд Сан-Франциско. После этого у вас заберут ребенка, и вы, скорее всего, больше никогда его не увидите. В таких случаях детей сразу усыновляют, контакты с настоящими родителями рекомендуется не поддерживать, тем более учитывая ваш образ жизни.

– Черт бы вас всех побрал! – Ричард еще отхлебнул пива. – Я что, похож на идиота? Сначала сюда таскалась эта толстая корова, подружка моей жены. Все твердила, что Кевин должен жить со мной. Потом судья, потом хренова туча соцработников. И все, представьте себе, говорят одно и то же. Если вы действительно думали, что я не в курсе, то ошиблись. Проваливайте и больше не появляйтесь! Мне плевать, увижу я своего сына сейчас, завтра или еще когда. Нужен – забирайте, только сначала придется повозиться, чтобы поймать.

Сэм подавленно молчала. Что толкает этого человека к разлуке с сыном? Ведь ему не может быть наплевать, хотя он и говорит. Нет.

– Кевину нужны вы, а не…

– А он мне не нужен. Мне некогда с ним возиться. Я и так из-за этого уродца по меньшей мере раза два в месяц плачу штрафы, когда приходится забирать его из полиции. И не маленькие.

– Может, лучше просто уделять ему внимание, тогда не придется ездить по полицейским участкам. – Сэм попыталась улыбнуться, но Ричард так злобно посмотрел на нее в ответ, что губы сами собой сжались в ниточку.

Канинген скривился.

– Послушай, красавица, а ты ничего, хочешь перепихнемся тут?

Сэм несколько опешила от такого предложения и не сразу нашлась с ответом.

– Да ладно тебе. – Канинген поднялся с дивана, словно приглашая ее лечь. – Чего паясничаешь?

Сэм неуверенно отступила назад. Вот теперь парень вошел во вкус своей новоприобретенной роли.

– Послушайте, я пришла поговорить о Кевине.

– А я говорю, может, сообразим еще одного Кевина, раз уж этого все равно забирают?

Ричард сделал шаг вперед. Мокрые волосы прилипли ко лбу, бандана от воды стала казаться еще более черной. Серые глаза. Глаза у него были серые, холодные словно лед. Казалось, лучи солнца не проникают в их глубину, не в силах пробиться сквозь ледяной хрусталь. Глаза, равнодушные ко всему на свете. Нет, он не способен на насилие. Сэм отчетливо увидела это. Насильники выдают себя ярким, нездоровым блеском в глазах, руки у них начинают дрожать. Просто не хочет разговаривать, пытается вышвырнуть. Нет, милый, не на ту напал.

– Спать с тобой я не буду. – Сэм остановилась, показывая этим, что больше отступать не собирается и разговор все равно состоится. – Где я могу найти Кевина?

Ричард тоже остановился, будто приняв введенный барьер.

– А я почем знаю. Я ни черта о нем не знаю. Слушай, вали отсюда и больше не появляйся. Если вам нужен Кевин, подождите, пока попадет в полицию, там и забирайте.